Сомниум. Пробуждение

Зародившийся страх колючей ледяной змеей прополз вдоль позвоночника еще до того, как раздался дикий крик с площади. И от него, словно от тлеющего уголька, разгорелся костер паники.

– Сборы! Боги пришли за нашими душами!

Глава 2

Серебристая монетка подлетала в воздух и падала на пол тысячу пятьдесят два раза в секунду. Обычный человек не сумел бы увидеть ее в полете. Однако Норд уже давно не мог применить к себе термин «обычный». Количество подбрасываний ограничивалось возможностями той части мозга, в которой еще оставалось что-то человеческое.

Вычислительному блоку не составит труда «играть» гораздо быстрее, но тогда субъективное сознание получит только результат игры.

Монетка в полной тишине виртуального пространства взлетала вверх и ударялась об пол. И снова взлетала вверх. Норду оставалось лишь угадывать, что выпадет в следующий раз. Никаких математических расчетов, никаких внешних воздействий. Чистое везение, совершенно независящее от вычислительных приспособлений человека.

Именно поэтому игра была весьма популярна уже много лет.

«Еще немного, и я обгоню Третьего».

Норд тут же поплатился за преждевременное торжество: вместо загаданного орла выпала решка. Одновременно на общедоступный интерфейс защитной системы сознания поступило сообщение. Автоматические проверки не выявили стандартных и возможных угроз и пропустили дальше.

Норд лениво просмотрел его. В сообщении говорилось о спецприказе на одну душу на предстоящем Сборе. Неожиданно для себя тот, кто был одним из Коллекторов, почувствовал слабый укол любопытства.

Подобные спецприказы выдавались либо на экземпляры с экзотическими душами, либо на тех, с кем желали поразвлечься.

Записав спецзаказ на себя, Норд развернул файл объекта и внимательно вгляделся в трехмерное изображение. Девушка. Двадцать один год. Физические параметры – в норме, психические – в норме, с поправкой на генную модификацию. Внешность – тут начинались сложности. На первый взгляд, ничего особенного, вот только что-то давно забытое всколыхнулось при виде «объекта».

Чем дольше смотрел, тем сильнее появлялось странное, раздражающее чувство. Это лицо было ему знакомо уже давно. Не забывалось, даже когда все остальное покрывалось пеплом забвения. Оно напоминало о другой жизни, от которой в памяти остались лишь неясные образы. И приходили они в основном во сне. В отличие от остальных людей Норд не разучился видеть сны: обрывки прошлой жизни, кажущейся теперь миражом.