Ясный новый мир

Да и никому неизвестно, было ли в Париже в эти дни хоть какое-то мирное население – ведь с немецкими оккупантами воевали даже десяти-двенадцатилетние дети, чьих сил едва хватало, чтобы двумя руками удержать револьвер или выстрелить из положенной на бруствер окопа винтовки.

Вне зависимости от возраста печальна была судьба тех француженок, которые остались за линией фронта в оккупированной части Парижа. Большая часть из них подверглась самому жестокому и разнузданному насилию словно с цепи сорвавшихся германских солдат.

Тех из них, что выжили, пережив групповое изнасилование, позднее собрали в стихийные германские полевые бордели. Каждый батальонный и даже ротный командир считал необходимым держать на цепи несколько француженок разной кондиции. Для себя и своих офицеров, для солдат, и как предмет для обмена с подразделениями, не имевшими столь полезного актива.

Ожесточение сражения нарастало с каждым часом. С обеих сторон к Парижу подходили свежие войска – лишь для того, чтобы через несколько часов погибнуть в кровавой мясорубке городского Вердена, по сравнению с которой померкла недавняя битва за Амьен.

Маршалу Фошу категорически не хватало сгоревших там резервов. Так что теперь в бой приходилось бросать колониальный сброд – вроде спешно сформированной и отправленной во Францию сайгонской пехотной дивизии или формирований из жителей африканских колоний, в которых должности офицеров-французов начинались с командиров батальонов и выше, а ниже на ротных и взводных должностях находились сенегальцы, мавританцы, габонцы, конголезцы и гвинейцы.

Над мирным французским населением такие «защитники» издевались ничуть не меньше баварских гренадер, и французские военно-полевые суды не успевали штамповать смертные приговоры, тут же заменяя их отправкой в штрафные части, которые использовались для самоубийственных атак на германские пулеметы.

По сравнению с африканцами алжирские и тунисские колониальные части выглядели идеальными воинскими формированиями – с поля боя не бежали, а в рукопашной, коли такая случалась, резались с немцами насмерть, до последней капли крови, не уступая ни шага.

В силу этого германские солдаты научились в полной мере уважать боевой клич «Аллах акбар!», противопоставляя диким арабам прекрасную выучку, стойкость и высокую огневую мощь.

Имея некоторое преимущество в численности и качестве личного состава, германское командование постоянными атаками продолжало расширять в Париже занятую территорию.