Масон

– Не бледней, – шепнула соседка, – Сай нормальный. Правда характер ему достался дедушкин, такой же противный.

– Не наговаривай на меня, мелкая ты козявка! – зашипел парень, выглядывая из-за её плеча. А следом на его губах появилась обворожительная улыбка и он протянул: – Наконец-то, Мэри, ты нашла симпатичную подругу.

– Хел, не обращай на него внимания, – махнула девушка рукой. – Кстати, этот оболтус мой старший брат. И он будет самостоятельно уговаривать родителей отпустить его летом к друзьям, если немедленно не отстанет.

Я была в шоке. Никогда не подумала бы, что эти двое родственники. Ведь Мэри водник, а Сай огневик! Разве такое бывает? Да они и внешне очень отличались. Мэрион светловолосая с серыми глазами, а вот у Сая были тёмные каштановые кудри и жёлтые глаза. Хотя, фамилия-то у них одна. Вот чудеса!

Долго размышлять на эту тему мне не удалось, поскольку в помещение зашёл ректор. За его спиной стоял высокий мужчина в тёмном костюме с золотой вышивкой орла на пиджаке.

Только меня больше заинтересовал сам мужчина, чем его наряд. К нам явился никто иной, как Джаред Прайм собственной персоной!

Пока я пыталась побороть панику, связанную с появлением тёмного, тот вместе с ректором прошёл на кафедру и обвёл зал весьма холодным взглядом. Показалось, что он на миг задержался на мне и довольно улыбнулся, хотя на самом деле ничего подобного не было.

В помещении послышались девичьи вздохи, тихие смешки и шепотки. О да, не одна я оказалась ценителем прекрасного.

Точнее, не только мне понравился Джаред Прайм. Вон как многие принялись поправлять причёски и хлопать ресницами – ещё немного и сдуют сквозняком ректора вместе с Праймом. И надо заметить, что речь шла не только о девушках. Томно вздыхать и прихорашиваться начали несколько парней, отчего я ошарашено захлопала ресницами.

Нет я не ханжа, и слышала о таком, но вот увидела впервые и это повергло в шок. К тому же…это мой тёмный! Чего они все строят ему глазки?! Внутри вновь заворочалась ревность, на которую я не имела никакого права.

Всё же мужчина мне не принадлежал. Только всё равно хотелось громко зарычать и выйти в коридор, чтобы не видеть всех этих томных взглядов из-под ресниц и не слышать вздохов.

А в следующий миг заговорил ректор, и стало понятно, что страдать доведётся не одной мне. Поскольку девицы теперь не дадут прохода Прайму, и начнут преследовать его по всей академии.

– Приветствую, господа адепты.