Темным ведьмам (замуж) чай не… Предлагать!

Вот мама обрадуется!

Я ловила ртом воздух, глядя на наглого ушастого и считала до десяти. Бабушка учила, что надо досчитать и тогда станет легче, никого не захочется убивать… Десять! Нет, убить по-прежнему хочется. Нахмурившись, я оттолкнула мужчину и зашипела:

– Какие дети? Псих! Я всего лишь попросила помочь с патентом на изобретение, а ты… ты… Ненавижу!

Внезапно в глазах потемнело и мы провалились в портал, открытый магистром. Я упала на мягкую перину, а мужчина навалился сверху. Попытка выбраться из-под тяжелого тела привела к тому, что мои запястья намертво зафиксировали, вздернув руки вверх.

Наклонившись ко мне, магистр Деонир усмехнулся и произнес:

– Ненавидишь? Позволь узнать за что? За спасение твоей жизни? За осуществление твоей мечты? А может… Хотя нет, за это ты будешь ненавидеть меня позже. Ладно, Золотце, раз уж ты не желаешь смотреть на все реально сама, будем открывать твои красивые глазки насильно. Мне не нужна мертвая жена!

– Магистр Деонир, вы помутились рассудком? – обалдело проговорила я.

 – Какая жена? Здесь нет вашей матери, и уже не надо играть на публику.

Черные глаза мужчины вновь превратились в озера жидкого золота. Я могла бы поклясться, что мужчина пожалел о сказанном, словно проболтался. Только мы вроде еще не женились. Ведь не женились, да? И тут я услышала фразу, которая немного успокоила и прояснила ситуацию:

– Как думаешь, сколько ты продержишься в королевстве Деритон, будучи незамужней женщиной без покровителя?

– Откуда мне об этом знать? – пробормотала, с восторгом наблюдая за золотистыми переливами в глазах мужчины.

– Пять минут, – отрезал он. – Так что, Золотце, нас ждет свадьба вечером, а потом путешествие.

Я смотрела на этого сумасшедшего и не знала плакать мне или смеяться. Он, вообще, в курсе, что браки в нашем королевстве заключаются только в храмах и их невозможно расторгнуть? И еще кое-что…

– Кто ваш отец? – все же спросила я. – Ведь не дроу, правда?

Коварная улыбка, которой одарил меня ректор, заставила вздрогнуть.

Наклонившись и прижавшись всем телом, он неожиданно провел губами по моей щеке, прокладывая дорожку к уху, и пророкотал:

– Дракон, Золотце мое. Рангарион д’Аригон – золотой дракон.

Резко отстранившись, он поднялся с кровати. Я же молчала, глядя широко открытыми глазами в потолок, и даже не отреагировала, когда он добавил уже своим обычным голосом:

– А теперь, переоденься, у тебя полчаса, потом уезжаем. Нам еще необходимо успеть в храм.