Темным ведьмам (замуж) чай не… Предлагать!

Но не второй супруги, а те, которые рядом с моими. И проследи, чтобы там стояла хорошая антимагическая защита. К нам скоро наведаются гости. Ни к чему им знать, где живет моя ведьмочка.

– Я протестую!

Вот только мой жалкий писк перекрыл более громкий и злой голос магистра Деонира:

– И когда же вы, адептка Ритан, успели дать клятву верности, что наш друг зовет вас «своей ведьмочкой»? Неужели я что-то пропустил?

В зале поднялась суматоха. Демоны вскакивали с колен и принимали боевые стойки. Веленька зарычал и неуловимым движением отбросил меня за спину, прямо на трон, и только магистр Деонир широко улыбался и не двигался.

Правда вот его глаза снова приобрели тот потрясающий золотой цвет, а еще лицо покрылось чешуей… Точно дракон!

– Ренитар! – проревел Веленька. – Как ты посмел ворваться в мой дворец без приглашения!

– У кого-то есть любимые фразы, – тихо пробормотала я, выглядывая из-за спины повелителя. – Как ты смеешь, как посмел… Тоже мне повелитель зомбо-ящериц тут нашелся!

К моему великому сожалению, в этот момент в зале наступила тишина, и эти слова услышали абсолютно все.

И если демоны затаили дыхание, то ректор громко захохотал. Чешуя мгновенно исчезла, глаза вновь стали чернее ночи, зато кожа посерела, отчего он стал копией своей матери. Я аж вздрогнула. Шагнув в нашу сторону, дроу дернул пальцами – такой мимолетный жест, словно отмахиваешься от надоедливой мухи – и все демоны рухнули без сознания на пол.

– Значит так, Велен, я скажу только один раз и повторять не буду, – очень спокойно проговорил ректор.

 – Это мое Золотце. Делиться не собираюсь. Хочешь размяться после заточения и отомстить, без проблем. Назначай дату и время. Но Селену я забираю. Мы и так уже опоздали в храм.

– Ты обещал, что будет весело! – раздалось в ответ. – Говорил, что я отдохну от дворцовой жизни! И запер меня в тело старого ворчливого деда!

– Ну прости, накосячил, – пожал плечами магистр Деонир. – Нечего было меня спаивать.

Но ведьмочка все равно моя.

Я попыталась подняться с трона, чтобы подойти к ректору, и неожиданно поняла, что не могу. Было такое чувство, что меня приклеили к этой каменной громадине намертво! Бросив на магистра Деонира взгляд полный беспокойства, я тихо пробормотала:

– А как отсюда подняться? Оно меня не отпускает.

Фраза произвела потрясающий эффект. Все взаимные упреки и обиды были мгновенно позабыты, и мужчины оказались рядом с троном.