Черт-те что и сбоку бантик

Завтра полдня буду спать. Она знала, что после съемочного дня заснуть ей удастся только уже под утро. Она будет прокручивать в голове весь день, все четыре встречи, терзаться сомнениями – не зря ли я задала тому-то тот-то вопрос, не надо ли вырезать неловкую оговорку гостя. Она всегда присутствовала на монтаже программ. И нередко вступала в жестокий спор с режиссером. Поначалу он сердился, ворчал, но она сумела убедить его в необходимости ее присутствия.

– Ты пойми, в этой его неловкости виновата я, так почему он должен расплачиваться за мою невольную бестактность?

– Что ты все берешь на себя? И потом, смотреть программу с такими вот живыми вкраплениями будет интереснее!

Иногда она соглашалась с режиссером, иногда он с ней, и в результате они нашли общий язык.

– Но вообще-то, Наталья, ты для телевидения слишком порядочная. Ничего, пройдет!

– Ты хочешь сказать, что я стану непорядочной?

– Ну, не то чтобы непорядочной… Но обнаглеешь, обозлишься, цинизму наберешься.

– Хорошо, что предупредил, Вовик! Буду следить за собой!

Дома у Наташи все как будто устаканилось.

Артур даже как-то сказал:

– А знаешь, о твоей программе много говорят…

– Кто говорит?

– Да многие. Практически куда ни придешь, везде девушки обсуждают ее и тебя заодно. Как ты была одета, как причесана, какие на тебе были цацки…

– Тебе это неприятно?

– Да нет, скорее наоборот. Я тобой горжусь.

– Ну вот, а я из-за тебя проиграла бутылку бейлиса.

– Разумеется, Лорке? Это она любительница бейлиса.

И она меня не любит.

Но больше всех гордился Наташей ее брат. Поскольку в час выхода программы он всегда был на работе, то все программы записывал и с пристрастием смотрел в свободное время. А потом обязательно звонил сестре:

– Наташка, ты такая молодчина, я так тобой горжусь!

В квартире было тихо. Аська уже спала. Наташа заглянула в спальню. Мужа не было. Но не мог же он уйти, оставив Аську одну в квартире? Она обнаружила его в гостиной. Он спал на диване, положив на живот какой-то журнал.

Вот и хорошо. Все спят. Она не стала будить мужа, знала, что он скоро сам проснется. Видно, тоже вымотался за неделю. Она на цыпочках и со спокойным сердцем отправилась на кухню. После тяжелого съемочного дня ужасно хотелось есть. Она налила себе тарелку грибного супа и сунула в микроволновку, почему-то после съемочного дня она ела именно суп, который в обычные дни не ела почти никогда. Вот такие причуды измученного организма.