Девственная селедка

Потому что мальчикам в девятнадцать лет следует на отдыхе развлекаться.

– Но… Разве вас это не… унижает?

– Унижает? Да почему?

Она уже вывела его из терпения.

– Потому что вы намного старше, а он… он же ваш любовник, а вы готовы мириться с его свободой?

Она вдруг начала хохотать.

– Чему вы смеетесь? Что я такого сказал?

– А с чего вы взяли, что он мой любовник? Бред! Это мой сын!

– Сын? – поперхнулся коктейлем Родион.

– Представьте себе, сын.

– А почему он зовет вас по имени?

– Сейчас это называется прикол.

Он так прикалывается. Помните днем, когда я примеряла жакетку, он меня отозвал в сторонку?

– Ну?

– Он мне шепнул: мам, давай поприкалываемся над этим дядькой, он явно на тебя запал.

– Правда? У меня гора с плеч… Но послушайте, Лали, сколько же вам лет? Мне и в голову не могло прийти, что у вас такой сын…

– Мне сорок один год. Хотя задавать такие вопросы…

– Знаю, простите, не удержался. Но тогда за этим неприличным вопросом следует другой, возможно, еще более неприличный.

– Да?

– Если этот парень ваш сын, почему вы не оставляете мне шансов? Боитесь сына? Он проболтается вашему мужу?

– Мой муж умер полтора года назад.

– Простите.

– Я любила его, по-настоящему любила, и была с ним безмерно счастлива. А паллиативы мне не нужны. Я понятно объяснила?

– Более чем. Лали, простите, я ничего не знал, я не хотел вас обидеть, боже упаси. Обещаю вам – никаких ухаживаний, никаких поползновений… Но просто общаться мы можем? Как друзья?

– Какие ж мы друзья? Это любовь бывает с первого взгляда, а дружба…

– И дружба с первого взгляда тоже бывает, поверьте мне.

Вот взять хотя бы Олега… Мы встретились в студенческом лыжном лагере, попали в одну комнату, посмотрели друг на друга и тут же сдружились. У нас такое совпадение, мы так понимаем друг друга… Давайте попробуем.

– И как мы будем пробовать? – улыбнулась она. Он вдруг понравился ей. В нем есть обаяние.

– Ну, для начала я вам представлюсь. Родион Николаевич Шахрин.

Журналист. Не женат и это истинная правда, а не курортный трюк. Живу в Москве, в трехкомнатной квартире на Кутузовском, которая досталась мне от родителей. Отец умер десять лет назад, а мама – три года. Ну а вы?

– Сведения исчерпывающие. – В ее глазах что-то мелькнуло. Но он не понял, что. – А я пока считаю, что и так многое о себе рассказала.

– Как угодно даме.

– Ну что ж, Родион Николаевич, спокойной ночи.

Она вытащила из сумочки кошелек.