Крутая дамочка, или Нежнее, чем польская панна

На Ломоносовском проспекте!

– Врешь!

– Еще чего!

– А ты почем знаешь?

– Слышала, как мама Эличке говорила.

– Значит, мы теперь будем жить в Москве? Нет, мама не захочет… У нее там работа и еще мужик у нее там.

– Ну и что? Пусть мама живет там, а ты тогда будешь жить у нас. И учиться у Пундика. Ты ведь такая же внучка, как и я.

– Нет, я нахлебницей быть не хочу!

Тошка с уважением взглянула на кузину.

– Зачем нахлебницей? Если твоя мама не захочет жить в этой квартире, то ее можно сдать за хорошие бабки, и тебе хватит и маме твоей останется.

Тася просияла и тут же печально покачала головой.

– Скорее всего мама эту квартиру продаст…

– Ну и что? Тогда она будет посылать тебе деньги на жизнь или просто положит в банк на твое имя.

– Да не согласится она меня тут оставить…

– Ну, ты мою маму не знаешь! Она кого хочешь в чем хочешь убедит! Имей в виду, у мамы свое рекламное агентство и не из последних. Мама его с нуля создала, так что уговаривать она умеет.

– Твоя мама классная, я сразу поняла… Ой, Тошка, а вдруг твоя мама сумеет уговорить мою в Москву переехать?

– Даже не сомневайся!

Тася вдруг задумалась, машинально жуя яблоко.

А Тошка между тем сооружала бутерброды с сыром и помидорами, намериваясь засунуть их в микроволновку. Она всегда очень основательно относилась к процессу приема пищи – Эличкино воспитание.

– Слушай, а может, еще колбасы положить? Как ты думаешь? И чуть-чуть майонезику?

– Знаешь, что я подумала, – уставившись невидящим взглядом в темное окно, медленно проговорила Тася, – это хорошо, правильно, что мама никогда не говорила мне про всех вас, про деда…

– Почему? – заинтересовалась Тошка.

– Потому что я наверное обижалась бы, завидовала, у меня выработались бы всякие идиотские комплексы… А так, не успела я привыкнуть, что у меня есть родственники, был всемирно известный дед, как тут же выясняется, что дед меня не забыл, оставил наследство… да и бог с ним с наследством, главное, он мне талант передал…

– Да, от скромности ты не загнешься, а вот в остальном… Ты человек, Таська! И я так рада, что у меня такая двоюродная сестра.

А скромным в наше время быть бесперспективно. Так что насчет колбасы?

– Давай, жрать и вправду охота!

– А растолстеть не боишься?

– Не-а, я не толстею.

– Здорово, я тоже! Эличка говорит, что бабушка наша тоже могла съесть сколько угодно, и не толстела.

– А ты бабушку помнишь?

– Нет, я еще не родилась, когда она умерла.