Пятьдесят лет в офсайде. Исповедь непрофессионального футболиста

До сих пор не могу понять, что с нами случилось во втором тайме, мы, просто, встали и этим быстро воспользовался соперник – 5:2…5:3…5:4, уже до конца оставалось пару минут, вся команда была у своих ворот, пыталась удержать победный счёт, но… не удержали, 5:5. Судья назначил серию одиннадцатиметровых ударов, на что соперник не согласился, мотивируя тем, что по положению должно быть дополнительное время тридцать минут. Мы понимали, что дополнительное время нам не выдержать, судья был наш, по положению главное судейство представляет гостевая команда.

Начался долгий спор, соперник отказывался пробивать серию пенальти, мы отказывались играть дополнительное время. Ситуация накалилась, дело подходило к массовой драке. Мы сели в автобус и уехали, каждая команда подала протест.

Мы ещё не знали, что другой полуфинал, между Ермаковом и Майским, тоже закончился скандалом, Ермаково выиграло, но Майский что-то не устроило и они подали протест.

Вскоре нам сообщили, что на нейтральном поле в Молочном у нас назначена переигровка. Хорошо хоть так, я уже думал, что нам засчитают поражение. Мы были полны решимости доказать, что мы достойны играть в финале. В назначенное время мы подъехали к стадиону в Молочном, где нас ждала команда… Ермаково.

– А вы чего здесь?

– А вы?

– У нас переигровка с Кубенским.

– А у нас с Майским, – отвечали ермаковцы.

Приблизительно так происходил наш диалог.

Оказывается, нас обоих обманули, назначили нам переигровку, а двумя часами ранее прошла финальная игра между Майским и Кубенским. Я расстроился, было такое желание поиграть, ещё больше расстроились ермаковцы, они-то вообще выиграли полуфинал и были уверены в своей победе и в переигровке.

– А нас то зачем вызвали сюда?

– А у нас будет утешительный финал за третье место!

Ага! Игра всё-таки будет обрадовался я, другое дело, что с Кубенским мы ещё могли «пободаться», а Ермаково значительно сильнее.

Капитаном команды у нас был Виталий Уханов, но на эту игру он не поехал. Я подошёл к Гене Голубеву, как к самому опытному.

– Кто команду-то будет выводить?

– Ты и выводи, – спокойно, как само собой разумеющееся, ответил он.

– Я-я-а?

– Да, давай-давай, смелей!

«Перцев-сказал он и уже в этом слышалась угроза, Андрей-робко ответил я и мы пожали друг другу руки».