Рай №2

Муж стал ходить на работу в поле, оттуда приносил пшеницу на помол, а жена пекла хлеб и присматривала за скотом. Вскоре родился Иаков, через четыре года Елизавета. Семья Аарона жила скромно, но счастливо. А потом в их дом пришла беда.

Краем глаза мужчина заметил, как из трещины в стене появился уж и медленно пополз вниз. Насекомые и змеи в доме было делом обычным и люди уже не пугались незваных гостей, большинство даже не замечали. Сейчас Аарона заботило в жизни только одно – здоровье его жены. Даже дети в последнее время были предоставлены сами себе.

Мужчина считал их взрослыми и мудрыми, доверяя им всю домашнюю работу и приготовление еды. Ведь помощь семье сейчас была просто необходима.

Ревекка по-прежнему лежала, отвернувшись к стене, и не шевелилась. Аарон провел рукой по голове жены, волосам, ставшим в последнее время тусклыми и жесткими. А ведь раньше они так гордились ее блестящей черной, как смоль, копной до пояса. Мужчина вспомнил, как в жаркие дни она бережно откидывала волосы за спину или перевязывала лентой.

Потом он погладил ее затылок и тихонько позвал:

– Ревекка, ты спишь? Как ты себя чувствуешь?

Женщина не отозвалась. Тогда Аарон осторожно взял ее за руку, покоившуюся на груди, и она безжизненно свесилась с кровати. Мужчина почувствовал, как холод наполнил его внутри и прокрался в самое сердце. Он еще раз позвал супругу по имени, потом еще и еще. Наконец, Аарон все понял, и колени его подкосились. Он медленно осел на земляной пол и прислонился к кровати.

Так и просидел, пока солнце не опустилось за горизонт и не воцарились сумерки. В этот момент он даже не вспомнил про детей – ни о мозолистых ладошках дочери, которая до сих пор трудилась во дворе, ни о сыне, который все еще не вернулся с колодца.

Ревекку похоронили поутру, когда на земле обетованной еще не воцарилась жара, и солнце не припекало склоненные в скорби головы детей и Аарона. Он сам обмыл и спеленал тело жены, положил на носилки и маленькая процессия, включая живших неподалеку супругов Эноша и Марии, двинулась за город, к общинной усыпальнице.

В глазах мужчины больше не было слез, они лишь опухли и покраснели от бессонно проведенной ночи. Дети, словно повзрослевшие за один только день, притихли и оцепенели.

Согласно еврейской традиции, погребение прошло быстро, тело женщины оставили на каменном полу в пещере и отправились домой. Самый важный завет – похороны на земле отцов – был исполнен.

И жизнь потекла дальше.