Прощайте, колибри, хочу к воробьям!

Но при этом не старалась понравиться, не смеялась идиотским смехом на его шутки, а сдержанно улыбалась…

А что, чем черт не шутит, может, и вправду ценный кадр?

– Петя, по-моему, может что-то получиться, – шепнула Анна Михайловна мужу.

– Ох, как бы я этого хотел, прелестная девочка.

Настроение у Константина было прекрасное. Эта Алёна и впрямь хороша. Надоели мне эти алчные дуры. Бриллиантовый браслетик мне продемонстрировала, коза драная, вспомнил он свою последнюю пассию. А с этой можно говорить… Оказывается, это приятно – говорить с девушкой, которая тебе нравится.

Отец когда-то внушал ему, что очень важно, если с женщиной можно еще и поговорить, даже в постели… Раньше я этого не понимал, теперь, кажется, начинаю понимать. Он немало выпил, но не опьянел, а был, что называется, на взводе, и, кажется, Алёне это его состояние нравилось.

– Алёна, есть предложение, – шепнул он ей.

– Какое? – улыбнулась она.

– Когда так называемые молодые свалят в аэропорт, продолжить праздник.

Вы сможете уйти от мамы?

– Смогу.

– Вот и отлично! Поедем куда-нибудь кутить, потанцуем, погуляем, нынче погода классная… а может, в кино, а?

– Принимается!

В какой-то момент Петр Николаевич шепнул:

– Костя, выйдем, а?

– Давай! – Он понял: отец хочет ему что-то сказать.

– Дамы, мы вас ненадолго оставим!

– Кость, имей в виду, не стоит сразу тащить девушку в постель.

– Да она, по-моему, не прочь.

– И все-таки, поверь моему опыту.

– Папа, ты забыл, что мне уже сорок два и кое-какой опыт имеется.

– Дело, конечно, твое, но все же… Поверь, так интереснее.

В этот момент из женского туалета вышла дама.

– Ах, хороша! – прошептал Петр Николаевич. – Высокий класс!

– Да, ничего, – вынужден был согласиться Константин. Женщина была как минимум эффектна. И вдруг она ему улыбнулась как старому знакомому.

– Здравствуйте, Константин!

– Здравствуйте… – Он ее не узнавал.

– Как поживает Пафнутий?

– Пафнутий? Ох, Женя, это вы? Простите, не узнал.

Он прекрасно поживает.

– Передавайте ему привет! Это лучший кот на свете! Всего доброго!

И она ушла. Вернулась в зал.

– Костя, это та добрая самаритянка?

– Да, она. Но я ее не узнал.

– Ты большой идиот, мой мальчик! Проворонить такую интересную даму, да еще и с добрым сердцем…

– Но она совершенно иначе выглядела.

– Ты просто не дал себе труда вглядеться в женщину, поскольку она не юная блонда.