Рыжий доктор

– Правда же, так вкуснее? – спросила Оксана.

– Несомненно!

Они посмотрели друг на друга и начали хохотать.

– А еще я люблю есть руками сосиски! – заявила вдруг Оксана.

– Я тоже! Знаете, какая со мной была история в Берлине?

– Научная конференция?

– Нет, поездка к другу. Так вот, он повел меня в магазин «Карштадт», мне нужно было купить костюм для защиты диссертации, но не в этом дело. После покупок мы поднялись на последний этаж, поесть в ресторане самообслуживания.

И вдруг я увидел там то, о чем слышал только от отца, который когда-то служил в Германии.

– И что это?

– Боквурст! Это такие сардельки, толстые. И, как уверял отец, самые вкусные в мире. И теоретически я знал, как их следует есть. С немецкой чуть сладковатой горчицей, белой булочкой и запивать ледяной колой!

– Ой, даже звучит вкусно! – воскликнула Оксана.

– И есть их следует руками. А я, дурак, постеснялся, кое-как отпилил кусочек, сунул в рот и понял, что это мечта! Тогда я уже с силой нажал на тупой нож, и сарделька отлетела в сторону, приземлившись на решетку вентиляции возле окна.

– И что вы сделали?

– Кинулся за ней! Обтер салфеткой и слопал! Мой товарищ был в шоке, а я ему сказал тогда: «Ничего, Лешка, на полу микробы давленые!» Как мы хохотали…

– Да, смешно, особенно, учитывая тот факт, что вы хирург!

– А хирурги, по-вашему, не люди? К тому ж по этим решеткам никто не ходит… С тех пор прошло уже несколько лет, а я жив, как видите.

– А вам понравился Берлин?

– Очень! Там какая-то особая атмосфера, как мне показалось…

– А в каких еще городах вы были в Германии?

– Во многих. Я полгода стажировался во Франкфурте, успел кое-что повидать. Сам Франкфурт мне не понравился. Скучный какой-то… А вы, Оксана, много ездили?

– Да не очень. А почему вы один? Такой интересный мужчина…

– Я? – искренне удивился доктор Симачев.

– Ой, только не надо кокетничать…

– По-вашему, я кокетничаю? – ужаснулся он.

 – Нет, просто… Знаете, я всегда был одержим своей профессией, а сейчас… Сами видите… Приехал сюда, погреться, прийти в себя… Я дневал и ночевал в клинике. А уж когда стал заведовать отделением, вообще… Я думал только о работе, о том, чтобы молодые ребята, приходящие к нам в интернатуру, не балбесничали… У меня в отделении не было молодых медсестричек, только тетки за пятьдесят.