Три полуграции, или Немного о любви в конце тысячелетия

– Найдет свое счастье Софа за чашечкой черного кофа!

– Алиска, прекрати!

– Найдет свое счастье Софья в объятьях мудилы Прокофья!

– Алиса, замолчи, умоляю! Если б мне кто-то сегодня утром сказал, что днем я буду ржать как ненормальная…

– Ты бы в рожу тому плюнула, я права?

…Все-таки Алиска – настоящее чудо, думала Тата, поднимаясь пешком на пятый этаж. Лифт опять не работал. И как у нее все получается? Интересно, Иришка дома? Наталия Павловна забыла взглянуть на окна. Но на площадке уже были слышны ужасающие звуки.

– Мам, ты где была? Я тебе звонила на работу… Ой, какая красотища! Мамулька, ты умница, тебе так идет! – верещала девочка, повиснув у матери на шее. – Мам, а ты что-нибудь ела?

– Ела, еще как ела. Меня Алиса потащила в ресторан. А ты?

– Я у Машки пообедала. Значит, это ты не сама постричься надумала, это все Алиса?

– Алиса.

– Круто. То-то я смотрю, стрижка у тебя классная.

– Тебе правда нравится? – спрашивала Наталия Павловна, глядя в зеркало.

– Я ж говорю – класс! Ты помолодела, мамулька! Молодчина! И вообще, у тебя совсем другой вид… Мам, мы ведь не пропадем, правда?

– Еще чего!

– Наконец-то! Я слышу нормальные речи. Подумаешь, не мы первые, не мы последние.

– Что?

– Ну я хочу сказать, не нас первых бросили…

– Ну тебя вообще никто не бросал. Это меня…

– Мама, не смей! И вообще, мы вот с Машкой разговаривали… Ее ведь тоже папашка кинул… ну так вот, мы с ней решили, что так даже лучше.

– Интересно.

– А что? Вот Машка считает, что им теперь куда лучше живется. Никто не напивается и вообще…

– Ну твой отец редко напивался.

– Неважно, все равно. Машка говорит, лишь бы бабки давал.

– Боже мой, – поморщилась Наталия Павловна.

– Мама, не строй из себя цацу! Сама знаешь, бабки в нашей жизни самое главное.

– Нет, не самое главное!

– Ладно, – махнула рукой Иришка, – пусть не самое главное, но все-таки это очень-очень важно.

– Бесспорно.

– Ну вот, а разве лучше было бы, если бы… если бы он жил с нами и ходил на сторону, а? По-моему, лучше по-честному. Ушел, и все.

– Если бы по-честному! А он… Лушку украл…

Глаза Наталии Павловны наполнились слезами.

– Мам, признайся, ты по Лушке больше скучаешь, чем по нему, да?

– Не знаю… ничего не знаю. И вообще, он еще, может быть, вернется, может, он просто устал…

– Нет, не вернется, – покачала головой Иришка.