У меня живет жирафа

Он заметил, что она старается на него не смотреть, а сам с трудом отрывал от нее завороженный взгляд. Алина села рядом с ним.

– Владька, не мылься, она замужем, они друг друга обожают, и тебе там делать нечего.

– Алина, побойся бога, просто я удивлен и восхищен этим преображением… Да и староват я для таких девушек.

– Ну, положим, по нынешним временам ты еще о-го-го, но это для меня, а для Ийки и впрямь староват.

На языке вертелась злая и хамская фраза – это ты, голубушка, по нынешним временам для меня старовата, но, разумеется, он промолчал.

Господи, зачем он так на меня сморит? У меня от его взгляда мурашки бегут… Он стал еще лучше, ему так идет эта седина… И эти очки ему тоже идут. Раньше у него были очки в тяжелой оправе, а сейчас совсем другие, вообще без оправы, они удивительно, просто невероятно ему идут… И эти горькие складки у губ, раньше их не было… Говорили, у него жена погибла… Но это было давно. Интересно, он с тех пор так и не женился? Но мне-то что за дело? Господи, скорей бы Ромка пришел! А он смотрит на меня именно так, как смотрел когда-то на Алинку.

А я мечтала, чтобы он хоть разочек так на меня взглянул… Но теперь мне этого не надо… Это совершенно ни к чему.

…Но тут наконец явился Роман с букетом роскошных роз. Извинился перед присутствующими и сел рядом с женой. Что-то шепнул ей на ухо, она нежно улыбнулась. Влад видел, что она почувствовала себя куда увереннее.

Красивый малый, этот ее муж. И вправду с виду вполне здоровый, но в авиации свои параметры здоровья. И они красиво смотрятся вместе. Она смуглокожая брюнетка, а он такой весь бело-розовый… Ишь ты, я ревную… парень вполне хорош собой, и нисколько он не бело-розовый, просто светлоглазый и светлокожий… – сам себя одернул Владислав Александрович.

– О, Влад, вы, кажется, совсем пропали, – шепнула ему Нина.

– Вы о чем? – ледяным тоном спросил он.

– Да нет, извините, это совершенно меня не касается.

Вот именно, мысленно произнес он. Вдруг он почувствовал, что нога Алины прижалась к его ноге. Он предпочел этого не заметить, но ему стало неприятно.

– Владя, ты что сидишь как неродной, – чуть пьяным голосом прошептала Алина.

– А я и есть тебе неродной, и уже очень давно.

– Ты до сих пор на меня обижен?

– Боже, нет, конечно. Просто я никогда не вхожу дважды в одну реку.