Летопись хаоса

Вой приближался, а затем стали слышны звуки клацанья когтей по камню. Через несколько минут чудовищные твари уже вовсю кидались на решетку, сводя с ума пленников, жавшихся на песке. Собравшиеся на балконах тларийцы, а их было несколько тысяч, подняли невообразимый крик, с нетерпением ожидая начала.

Знак поднимать решетки Сайдар не давал по двум причинам – во-первых, его сын еще не соизволил явиться, а во-вторых, чем дольше плененные ожидали своей смерти и любовались голодными тларами, тем смешней становилось их состояние – ужас переходил в истерию.

Однако всего этого Жейс не видела. Она оказалась гораздо ниже жилых помещений – возле камер, что еще недавно заполнены. Не сразу сообразив, где же на этот раз очутилась, она испуганно оглядела мрачные темные катакомбы.

Пока землянка вертела головой, совсем близко раздалась тларийская речь. При внезапном звуке голосов она метнулась к стене и вжалась в нее, хоть и прекрасно осознавала нереальность происходящего. Так привычка…

– Сарк, если об этом узнает Сайдар, то отдаст нас всех тларам!

– Если я останусь один, то он меня и пальцем не тронет.

Я буду единственным наследником!

Судя по постоянно возникающим шумам, Жейс сделала вывод, что за поворотом в коридоре тларийцев столпилось больше, и через секунду она в этом убедилась.

– Да не нужен мне Тларий! – раздался еще один сдавленный и до боли знакомый голос. – Дай мне уйти Сарк, обещаю, я не вернусь!

– К моему сожалению и к твоему несчастью мой отец считает, что для полного процветания нашей Империи необходимо два правителя! Как он и Хтэр! Уж прости меня, братец, а с этим я смириться не смогу.

Набравшись смелости, Жейс заглянула за угол. По лицу Когтя из разбитой брови стекала кровь. Он с ненавистью глядел на своего двойника и как никогда они были похожи. Они все еще росли в одной среде. Жейс догадалась, что эта ночь оказалась переломной в жизни клона.

– Сарк!..

– Тебя быть не должно! – был неумолим полукровка. – Ты есть, но мы это исправим.

Трое тларийцев как по команде кинулись на клона.

Он яростно отбивался, но это еще больше разозлило опьяненную расправой молодежь. Когда Коготь упал под градом, облаченных в железо кулаков, тларийцы гогоча, пустили в ход ноги. Жейс в ужасе отвернулась, закрыв глаза и уши, ее мольбы прекратить Корабль не слышал или не хотел.

Его запись на этом не кончалась. Жейс очутилась на балконе между Сайдаром и Хтэром, которые наслаждались разгаром Зрелища, и взвизгнула от испуга и неожиданности.