Диалоги душ. Внутренняя речь ψ здоровья и развития

Они, бесспорно, в отдельности сами неоднократно задумывались над вопросом, какой они обладают властью и какая власть наиболее правильная.

– Моя власть очень призрачна, – сказал президент. – Люди думают, что ею можно обладать. А я ее не чувствую. Такое ощущение порой, что ее у меня меньше всех. Я зажат в бесконечное множество ограничений, несвобод, условностей и обстоятельств. Но когда я появляюсь на людях, то, конечно же, я не могу не показывать им, что я власть имею. И более того, я чувствую свою власть, когда на меня смотрят как на человека с властью.

– Это, видимо, только от того, что вы властвуете не по крови, а по выбору других, – сказала королева. – Если бы ваши предки были властителями страны, то чувство власти было бы у вас изначально, и никто бы не смог его оспорить.

– Власть от Бога дается монарху или устами народа говорит Бог? – спросил политтехнолог.

– Народ избирает того, кого велит ему сознание, – ответил президент.

– Вернее будет сказать – подсознание, – дополнил политтехнолог. – А в подсознании народа обитают не только боги! Демонам и быть-то больше негде.

– Важно ждать подсказок свыше всякий раз, – отозвался неформальный лидер, – как только надо принимать важное решение относительно других людей. Я не верю, что эти решения могут быть приняты отдельным человеком. Отдельный человек всегда выражает мнение какой-то группы. И потому правдивее говорить, что «мы приняли решение», а не «я принял решение».

– Вы так говорите только потому, – возразил президент, – что не наделены в настоящий момент легитимной властью. Вы свободны от условностей.

– Я свободен по определению, – ответил лидер. – И остаюсь свободным в любых условиях, пока я лидер. Если же жизнь вынудит меня отказаться от свободы, я перестану быть собой. Я есть я еще и потому, что ближе остальных к первоисточнику, к ощущению и знанию моего народа, к его невысказанной душе, к предчувствию его неминуемого будущего.

– В таком случае, вы, мой друг, душевно переутомлены, – с улыбкой сочувствия заметила королева.

– Да, это состояния душевного расстройства, – уверенно сказал политтехнолог.

– Ваше замечание, уважаемый, грубое нарушение правил дискуссии, – возбудился лидер. – Вы смеете ставить диагнозы участнику спора, тем самым устраняя его из группы серьезных оппонентов.