Наследник тьмы

Сарк зло рассмеялся и сквозь его смех Коготь услышал, как вскрикнула Жейс. Нож был покрыт черной тларийской кровью. Его кровью. Тихий ропот пошел по залу.

В глазах потемнело. Это конец. К удивлению эта мысль принесла ему только облегчение, но его вымученную улыбку заметила только Жейс.

Потрясенная девушка, дрожа от шока, не сводила с него глаз. Он же мог сбежать! Зачем вышел к Сарку из кабинета Карола совершенно безоружный? Он жертвует собой ради них? Ради презирающих и ненавидящих его солдат «Оси», которые при любом удобном случае разорвали его бы в клочья, только потому, что он полукровка? И тем более тлариец-полукровка.

Сарк склонился к Когтю. Говорил он тихо, еле слышно:

– Я подожду и вернусь, когда она станет для тебя дорога. А потом сделаю с ней то же самое что и с Аурой…

Тут один из тларийцев поднял руку, привлекая внимание и показывая на часы:

– Сарк… Время! Уходить надо прямо сейчас, если хотим успеть забрать всех.

Тот поморщился:

– Знаю, – и вновь склонился к Когтю.

На губах клона в ответ возникла дикая ухмылка, сбившая с толку всех присутствующих.

«Что-то не так!» – подумала Жейс, чувствуя, как холодеет в животе. – «Что-то происходит!»

– Чего лыбишься?! – рявкнул Сарк.

Коготь с трудом поднял взгляд. Лицо его было белее мела:

– Ничего у тебя не выйдет.

– Неужели? Поспорим? Да ты это прямо сейчас увидишь.

– Вряд ли… – выдохнул клон и безвольно повис на руках тларийцев.

– Какого черта?! – прорычал взбешенный Сарк. – Что вы сделали?!

Коготь Масса рухнул на сцену, а из спины, под ребрами, у него торчал нож.

– То, что должны. – глухо ответил один из тларийцев. – То, что не смог сделать ты…

Сарк замер, пораженно глядя на клона и сжав челюсти.

– Сарк!

Тот молчал.

– Сарк!!

– Уходим! – скомандовал он, сбросив оцепенение. – Живо!!!

Они исчезли, словно их и не было, а в зал вбежали бойцы Отряда, сверкая черными шлемами.

– Поздно. – буркнул Карол, вставая и отряхиваясь. – Жейс, идем… – и он буквально силой вытолкал ее из зала, не давая обернуться.

Со сцены актового зала липкими тяжами сползали густые капли черной тларийской крови.

Ночь здесь в горах наступала сразу, как только солнце садилось за холмы. А при пасмурном и облачном небе еще и раньше.