Путь к себе. Земля чистых

По условиям договора плачу сразу за два месяца вперед. Как раз недавно заплатила.

– А что потом?

– А потом суп с котом, – я допила кофе.

Разговор стал напрягать. Кроме того, я никак не могла отделаться от чувства никчемности – рядом с Артемом ощущала себя полным лузером!

– А если быть вежливее и ответить нормально? – он посмотрел мне в глаза.

Я встала со стула и подошла к окну. Не хотелось ему грубить, ведь он помог мне, но и откровенничать желания не было.

– Артем, я очень устала, хочу в душ и спать.

– Увидимся, волчонок Аврора.

Когда за ним закрылась дверь, я заплакала. Я плакала, пока принимала душ, и долго плакала, прежде чем уснула. Наконец–то я могла выплакать всю ту боль, что скопилась внутри. Слез было столько, словно я не плакала вечность и только сейчас могла выплакать все свое отчаяние. Мне кажется, что теперь я отлично понимаю, как люди сходят с ума, как именно происходит этот процесс! Ощущение такое будто я довольно близка к состоянию полного помешательства.

Проснувшись утром желания жить, не появилось. Сломанное ребро еще давало о себе знать. Я приняла лекарство и снова забралась под одеяло. Настырный звонок в домофон помешал мне погрузиться в глубокий сон.

– Кто?

– Конь в пальто, открывай.

Пока Артем поднимался, я надела шорты и майку. Открыв дверь, я увидела Артема с пакетом из супермаркета и пиццей. Он улыбнулся.

– Ну же, а где доброе утро и улыбка?

Я была удивлена столь ранним и совершенно неожиданным визитом.

– Доброе.

– В квартиру–то впустишь?

Я растерялась.

– Да, входи.

Он разулся и прошел на кухню. Артем стал выкладывать продукты на остров и в холодильник.

– Как самочувствие? Ребро за ночь не срослось? – он снова улыбнулся.

– Это вряд ли, – я села на стул.

– Тогда я думаю, ты будешь не против, если я похозяйничаю? Тебе ведь нельзя.

– Буду не против. Тем более, ты уже это делаешь, – я искренне улыбнулась.

У меня промелькнула мысль, что я ведь толком и не знаю Артема. Мы прожили в одной квартире около года, но почти не общались. Тогда я была настолько озлоблена и закрыта, что никого к себе не подпускала. Позже наше общение тоже было поверхностным, и, по сути, я мало его знаю. Но то, что он адекватный и человечный, так это факт.

– С чем пицца?

– С грибами. Я не знал какую ты любишь, – он поставил тарелки на остров и посмотрел на меня.