Кто вместо кого

Он постоянно ерничает, подкалывает, задает массу неудобных вопросов, и откровенно меня рассматривает! Самое удивительное то, что периодически, наши беседы бывают приятными и доставляют удовольствие. Это какие-то эмоциональные качели: то ловлю кайф от его присутствия, то хочу придушить его! Абсолютно точно, что этот мужчина притягивает меня. На работу не иду, а практически бегу, стараюсь дольше бывать в ординаторской, особенно, когда там нет другого медперсонала. Я намеренно задерживаюсь, чтобы остаться с ним наедине, словно нарываюсь! Сумасшествие какое-то!

Кстати, так он общается только со мной! С другими медработниками пациент очень вежлив и сдержан.

– Чем именно я заслужила такое особое отношение к себе? – для меня вопрос открытый! Быть может, это награда за то, что я спасла ему жизнь?

Он

Наконец мой ангел пришла на работу. Я уже все глаза просмотрел. Слышал ее голос в коридоре, но в кабинет она не заходила. Однозначно что-то случилось! Доктор с предыдущей смены тоже еще не ушел. На улице какая-то суета, и в коридоре очень шумно.

Спустя некоторое время Мила влетела в кабинет, как фурия. Даже не поздоровалась! В шкафу с медикаментами что-то взяла и опять ушла. Нет, убежала! Черт! Да в чем дело?

Я ждал ее несколько часов, не раз засыпал и просыпался. Что-то произошло. Но в ординаторскую никто не заходил, так что спросить о событиях было не у кого.

Проснувшись в очередной раз, я уже хотел выйти в коридор, чтобы посмотреть, что там происходит, но она вернулась.

Мила даже не смотрела в мою сторону, вела себя так, будто меня вообще нет.

Она сразу достала какой-то журнал и начала делать в нем записи. Готов голову дать на отсечение, Мила не в духе!

– В чем дело?

– Можно сейчас со мной не говорить? – уткнувшись в свою писанину, она ответила почти шепотом, словно через силу.

– Я же вижу, что-то случилось. Что произошло?

– Неужели так сложно просто помолчать, когда вас об этом просят?

Мила повысила голос. Потом закрыла лицо руками и заплакала. Ее эмоции вырвались наружу.

Возможно, она и сама от себя такого не ожидала. Я так точно не был готов увидеть ее такой уязвленной.

Твою мать! Ненавижу, когда женщины плачут! Я, конечно, этого не помню, но уверен, что мне это не по душе. Меньше всего на свете я хочу видеть, как плачет мой ангел. Ловлю себя на мысли, что уже привык к ней, и она явно мне небезразлична. Ее настроение передается мне, хочу я этого или нет. Между нами существует связь, и это сильнее голоса разума.