Говорящий со стихиями

– Рубиновая заря, – с гордостью сообщил он мне разливая густое вино.

Он отпил первым, блаженно закрыл глаза смакуя. Я осторожно отхлебнул в меру терпкое, в меру сладкое вино с незнакомым, но приятным привкусом. Мы помолчали, смакуя вино и думая о своем. Я разглядывая свой пустой бокал. Стекло оказалось тончайшим словно пленка мыльного пузыря, с нанесенным на него узором. Ножка представляла собой сложнейшее переплетение тончайших, не толще волоса нитей. Я постучал по стеклу ногтем. Непонятно как эта красота не только не рушилась под собственным весом, но и не рассыпалась в руках.

– Таких сейчас уже почти не делают, – с сожалением произнес Алькон, заметив мой интерес к бокалу. – Чтобы создать подобное требуется приложение силы одновременно Светлого и Темного. А такого сейчас уже не встретишь.

Во время ужина он рассказал, что весь город полнится слухами, как целый дом ушел под землю. Еще больший интерес вызывает то, что вместе с домом было погребено пара дюжин гвардейцев Рей`Гарта.

– Но нас, безусловно, ищут. Так что особо высовываться не будем. Наша задача за две недели сделать из тебя человека, неотличимого от местного жителя. Не кривись. Иначе мы просто не доедем до порта. Вот кстати, ты оброс щетиной, как крестьянин из глубинки. В таком виде на тебя все будут пялиться. У нас не принято ходить с растительностью на лице.

– Я бы побрился, только не нашел чем, – огрызнулся я.

– Естественно, к бритью прибегают только те, у кого не хватает денег, купить барб. Пойдем я объясню тебе что и как?

– Опять магия?

– Конечно, – Алькон хитро подмигнул. – Не бойся, пошли!

Он привел меня в ванную.

– Смотри, это барб, – он взял с полки золотистый рожок, свитый из незнакомого плотного шершавого материала. – Если намазать этим составом подбородок и щеки, а потом смыть водой, то месяц можно не бриться.

Алькон сунул мне его в руки, я осторожно повертел в руках тяжелый рожок. Широкая сторона аккуратно закрыта, будто заплавлена таким же золотистым материалом из которого и был скручен рожок, а узкая заткнута деревянной пробкой.

– Открой! Не бойся! – Алькон довольно улыбался.

Взяв рожок, я двумя пальцами вытащил деревянную пробку и осторожно принюхался. Пахло приятно, но этот запах у меня ни с чем не ассоциировался.