Ультрафен

Но в её голосе едва заметно прозвучали нотки не то разочарования, не то сожаления об их короткой деловой встрече.

В коридоре на жёстком деревянном диване, лавке со спинкой, сидели Бахашкин, Галимханов и Глотко, о чём-то негромко переговаривались. На стук двери обернулись – из кабинета вышел Феоктистов.

Анатолий обвел троицу насмешливым взглядом и остановил его на Галимханове.

– Ну что вы, гули, приуныли, клювики повесили?

Но шутка его осталась без ответа.

– В общем, так, убивцы, – посмотрел на часы на руке, – сейчас девять.

Через час-полтора, то есть к половине одиннадцатого я жду вас у себя в управлении. Поняли?

Бахашкин и Глотко заерзали, Галимханов пренебрежительно хмыкнул. Феоктистова это задело.

– А тебя, Галим, я приглашаю в первую очередь.

Промелькнула та же ухмылочка.

– Ну, вот и договорились.

Анатолий поспешил по коридору к лестничному маршу, и троица взглядами провожала его до сворота.

– Сашька, ты пошто с ним так, а? Поговорить с ним надо, по-дружески, ага.

А ты, ишь как зыркаш, – недовольно проговорил Шалыч.

– Поговорим… Придёт время, поговорим, попожжа…

– Ну, смотри. Будет те потом попожжа.

Чувствовалось, что Галимханов не терял в себе уверенности, которая больше походила на бесшабашность.

4

Феоктистов сбежал со ступенек крыльца и открыл дверцу ПМГ.

– Вперед, Коля! В сангородок.

Машина прошла по улице Горького, затем свернула на Мира. Проехав минут пять, пересекла Восточную улицу и нырнула в проулок между приземистыми одноэтажными коттеджами поселка Северный и из него вывернула на площадку перед сангородком.

Перескочив трамвайную линию, остановилась на площадке у поликлиники среди легковых автомобилей.

– Жди, Коля, я скоро.

– Толя, Толя, – водитель постучал ногтем по стеклышку часов на руке.

Феоктистов согласно кивнул: понимаю, – и захлопнул дверцу. Направился к металлической калитке. Поднырнул под верхнюю грань и пошёл по тропинке зеленого газон к приёмному отделению.

Анатолий был раздражен, шагал быстро. Его разбирало недоумение: ну почему прокуратура? У них что, больше заняться нечем? А перед глазами стояла ухмылочка Галимханова. Уж больно что-то Галимка смел, самоуверен. Ну, ладно, посмотрим. Посмотрим в одиннадцать часов, как он будет изворачиваться? Давим на психику!..

Бердюгин встретил Анатолия радушно.

– А, Анатолий Максимович! – подался он на встречу.

– Здравствуйте, Игорь Васильевич! – пожал доктору руку.