Чудо бани и массаж

Бирюков предлагает другую классификацию: 1) баня-каменка типа русской или финской (с температурой до 120 °С, влажностью от 5 до 20 %); 2) паровая (сырая) баня с влажностью воздуха от 75 до 100 %, температурой 60–70 °С; 3) водяная, или японская, баня. Пожалуй, такое деление бань ближе к истине, и с мнением А. А. Бирюкова можно согласиться. А на вопрос, какая баня лучше, уместно ответить словами одного мудреца: «Лучшая баня та, которая давно построена, просторна и имеет мягкую воду». Кстати, другой мудрец к этому добавил: «И та, которую топят сообразно натуре тех, кто хочет в нее войти».

Так что мало подвести в баню воду, напустить пара. Оборудовать места для сидения и лежания в бане тоже не главное. Главное, чтобы банный ритуал и предоставляемый банный сервис обеспечивали и удовлетворение индивидуальных запросов каждого посетителя, чтобы после бани он почувствовал себя «обновленным», бодрым, жизнерадостным и готовым с новой энергией окунуться в решение предстоящих дел.

Споры о том, чья национальная баня лучше, таким образом, теряют смысл.

Все бани хороши по-своему. Ощущение блаженства вполне может обеспечить даже обычная лесная или дачная бревенчатая банька в гармонии с природой и окружающим миром, даже если она топится «по-черному».

Вот как А. А. Бирюков описывает местные традиции при посещении такой бани на Урале у озера Тургояк: «Дядя Саша поджидал нас у своего дома с резными узорчатыми наличниками. Еще накануне, узнав, что в поселок приехали спортсмены из Москвы, он, большой знаток и любитель бани, пригласил нас на первый пар.

Баня уже готова, но должна еще, по словам хозяина, «дозреть». И пока она «дозревает», дядя Саша с видимым удовольствием рассказывает нам, почему летом надо топить только березовыми, а зимой – и березовыми, и дубовыми дровами. В дровах он ценит и душистость, и мягкость, и сухость, рассказывает, как эти свойства в спиленном дереве сохранять.

Утро морозное (–36 °С), и баня манит нас своим теплом. Топится она «по-черному» и вид у нее бывалый.

Оказывается, в ней еще родители 65-летнего дяди Саши парились.

Наконец входим в сумрачный предбанник. На полу туесок с мороженой брусникой, березовый сок, квас, настой из сосновой хвои.

Парилка оказалась маленькой, насквозь прокопченной. В углу – печь-каменка со встроенным баком для воды, трехступенчатые полки. На полу «ковер» из золотистой соломы.

Дядя Саша разложил нас на полки, плеснул кваском на камни, взял в руки два веника и… приступил.