Белые пешки

Ох, как же нравилась ему эта девчонка, похожая на хрустальную фигурку… он пока не понимал, какое это «нравится» – когда хочется встречаться или рисовать. И старался не думать.

– Можно посмотреть, что у тебя там еще? – Она кивнула на рисунок. – Давно попросить хотела, стеснялась.

Дэн поспешил передать скетчбук, и Ася, присев рядом, зашелестела страницами. На каждой задерживалась взглядом, приметила и «электричечные» виды, и Чубаку в цветочном венке, и Оби-Вана с мечом, и свой портрет, и портрет Марти. «Класс, класс…» – завороженно повторяла она.

Одна из страниц вся была изрисована портретами директора – в профиль, в анфас, в полный рост. Почему-то Дэн рисовал его всегда в форме красноармейца, а один раз изобразил даже на коне, с шашкой.

– Ничего себе, – сказала Ася. – Мне кажется, ему бы понравилось. Но с чего ты вдруг… его? Ну вообще? Он даже по коридорам редко ходит, тот раз был исключением.

– Просто кажется, он мировой дядька, – ответил Дэн, подумав. – Хорошо понимает детей. А мне захотелось понять его.

Мой способ такой.

Ася посмотрела на него вдруг очень серьезно, даже испуганно. Как на колдуна.

– Правильно понял. У него самого семьи нет, – тихо произнесла она, дергая себя за хвостик. – Не завел, в Чечне был долго… Он нас любит. Не то что Наталья Сергеевна.

Дэн вздохнул. Ася не знала о дрожащих объятиях тети Наташи. Как и о том, что у нее, по словам мамы, дочка умерла в восемь лет. Поехала в лагерь на море – и утонула.

– Она хорошая, – сказал он. – Просто другая. И она вас, кажется, тоже любит.

Ася потупилась. Ей это шло: опущенные ресницы, склоненная голова, румянец. Тоже просилось опять на бумагу, особенно рядом с резкими, отталкивающими чертами Марти. Поняв, что слишком пялится, Дэн торопливо уставился на свои кроссовки. Дурак…

– Она считает, – вдруг горячо заговорила Ася и почти силой сунула скетчбук обратно ему в руки, – что мы должны быть жутко сильными. Вопреки всему. Идти вперед, как эти все пионеры и комсомольцы из «Завтра…», все быстро позади оставлять.

Девочки-амазонки, мальчики-паладины, даже если…

Она замолчала, споткнувшись о какие-то слова. Ей нужно было время, чтобы собраться с мыслями, но, видимо, она с ними не собралась. Сказала только:

– Она вела у нас с пятого класса. Лорку знала, Лорка рассказы писала…

Дэн понимал: Ася просто хочет выговориться. Наверное, ей все равно, что прозвучит в ответ, и лучше промолчать. Возможно, Ася говорила за весь класс, как самая чувствительная. Пусть так.