От сердца к сердцу

 –

Неужто волшебный родник в этой зоне?

Быть может, и мне в него окунуться,

И в молодца круче, чем есть, обернуться?"

Вот звери покинули тот водоём,

Охотник – бултых! – и купаться стал в нём:

Вот то-то же было тут радости,

Вот то-то же был там восторг,

Как только напился в нём благости,

Почувствовать молодец мог:

Что сил прибывает немерено,

Что ростом он выше стал дерева,

Ещё всё растёт и растёт…

И небо вот-вот головой подопрёт.

Тут видит – водой источённой,

И прочной на вид, закалённой, –

Какая-то палка лежит – не кость ли бизона?

Схватил Богатырь Палку ту.

Поднялся. И вдруг –

Сверху стук!

И в голове зашумело до звона.

Как будто ему кто-то так саданул колотушкой,

Что искры из глаз, огоньки замерцали,

И руки и ноги, как ватные стали…

А это – он в крышку так стукнул макушкой!

Хотел почесать, да уж некогда было.

Упёрся в неё богатырскою силой…

Кряхтя, поднимает ту крышку руками, затылком,

В азарте её открывает он пылком.

Наверно, сломался бы, радикулит бы подвёл,

Тут Палка под руку – свод ею подпёр.

Наполнившись силой, раздвинувшись вширь,

Той Палкой отбросил колпак Богатырь!

И… солнце открылось в дали голубой,

Родник испарять начал воды в целебные тучи,

Чтоб землю волшебной омыть той водой.

Чтоб травы росли зеленей, чтоб лес стал могучим…

(И вот чудеса! Всего не представишь.

Во сне не увидишь, лишь в сказке узнаешь!)

В лугах и полях в изобилии

Из-под земли вдруг забили и

С живою водой родники.

Источники в реки там стали сбегаться,

А реки, речушки в моря, в океаны стекаться, –

Где светят теперь маяки.

Стоят они там и сегодня.

А к чудесам руку он приложил, могучий Ионди.

Там радуги всеми цветами играют,

Как будто бы добрые феи их ввысь запускают

На разные виды, цвета.

Одна, может, две вдруг на мелкие части разбились, –

Осколки в невиданных птиц обратились,

Чтоб раем в краях тех была красота.

И кто б ни бывал в тех местах и лесах,

С восторгом разносят молву о благих чудесах.

И все, кто в далёкие давние жил времена:

Семейства и кланы, и их племена, –

Йонди тогда и теперь прославляют,

Герою они дифирамбы и песни слагают.

А птицы и звери по всем округам

Плясали, свистали по райским лесам.

А Кенгуру расходился так в пляске,

Со всех своих ног

До сих пор – прыг да скок, прыг да скок –

Всё прыгает, ходит в присядке.

Лишь Страуса тот фейерверк

В страх и в ужас поверг.