Пространство любви

Края ступеней сильно давили ей на грудь и в живот. Мимолетная боль от впившейся короткой иглы в шею и – каждое последующее движение причиняло адские страдания. Татьяна тихо взвыла и замерла. Бхаль. Об этом треклятом специальном препарате даже думать было больно. Его-то ей и ввели. Этим средством частенько пользовались, чтобы усмирить непокорных пленников. Отходить от этой дряни, как на своем опыте уже знала девушка, гораздо хуже и мучительнее, чем просто боль сразу после его введения.

Как же она устала, тоскливо пронеслось в ее мыслях.

Таня даже не почувствовала еще одного укола, который погрузил ее сознание в сон…

***

«Потрудись зачать наследника и передать мне его на воспитание, раз ты наплевал на свой долг!». Слова матери, хотя и не были переданы вербально, жгли сознание Ориана сильнее каленого железа. Подобные сообщения от Блис Беро приходили с завидной регулярностью, каждый раз портя настроение. Тут еще и близящийся день рождения, и он ума не мог приложить, как прожил еще год. Года плавно перетекали в десятки и вот – прошло сто лет с того злосчастного дня, когда Ориан Беро потерял все.

Он возненавидел день своего столетия, а потому не имел ни малейшего желания отмечать двухсотлетие.

В тот проклятый день его беременная жена Пеймла умерла, так и не сумев произвести на свет их ребенка. С тех пор Тейра, сестра Ориана, и их мать отвернулись от него, забросав жестокими обвинениями. Мать утверждала, будто это он сам виноват в гибели своей семьи, и с ней соглашалась Тейра. Пеймла была ее самой близкой подругой.

Мол, когда они заключали брачный союз, их предупреждали, что все может этим закончится. Ни Ориан, ни Пеймла не придали значения древним суевериям, поправ законы и обряды их мира, они вступили в брак. Не отмеченные высшим предназначением, не ставшие друг для друга Избранными половинками, они не стали парой в глазах всего их общества. Они лишь хотели счастья и верили в свою любовь. Однако судьбе-злодейке угодно было решить по-своему. Раз они пошли ей наперекор, она отобрала у Ориана все, что стало дорого.

Теперь мама при каждом удобном случае слала сыну гневные сообщения с требованиями продолжить род Беро любым доступным для него способом. Она согласна была даже, чтобы он воспользовался услугами суррогатной матери, раз не желал снова связывать себя узами брачного союза. Вот только уважаемая госпожа Беро не подсказала, какая из женщин их расы – расы вардов – согласится отдать свое дитя? И мама знала об этом. Как и он.