Пространство любви

Такой шанс, как этот, нам больше никогда не выпадет. Зато поможет понять, подходят ли земные женщины для вынашивания наших детей.

– Это мы поможем тебе понять гораздо раньше, чем ты сам, – прошелестел Рор.

– Каким это образом?

– Если вы займетесь женщиной, как принято у вас, вы рискуете потерять и время и ее. Пойми, – Рор охотно кинулся в объяснения, – пройдет много времени от цикла спаривания до рождения, в случае успешного зачатия. А наши возможности позволят нам подробно изучить строение и особенности ее организма всего за пару месяцев.

Мы проведем ряд экспериментов и лабораторных исследований. А это гарантирует стопроцентный результат. Это будет вам ответом, подходят земные женщины вам или нет.

– А что, если она погибнет?

– Пусть. Пожертвовав одной особью, мы… то есть ты, значительно приблизишься к своей заветной цели. Одно человеческое существо – ничто перед вашим великим стремлением сохранить свой вид.

Йорт прищурился и принялся мерить шагами длинное помещение. Он понимал, что рамзурии – эта бездушная раса безумных ученых – ищут свою выгоду.

Если он согласится, то это сделка даст им шанс изучить слабые и сильные стороны землян. Рамзурии были помешаны на разного рода жутких исследованиях, и всегда готовы были идти на все, чтобы добыть и изучить неизвестный их науке вид. Они подвергали его представителей немыслимым страданиям, исход которых непременно оказывался летальным. Йорт потер начинавшие раскалываться от боли виски. Конечно, он и сам в накладе не останется, имея на руках гарантированное доказательство совместимости или несовместимости расы сэви с расой землян. Рор был прав – у них мало времени.

– Хорошо, – согласился Йорт. – Но мне нужна будет компенсация за… моральный ущерб.

Рор кивнул:

– Деньги – не проблема.

– Тогда, пришла пора расходиться. До боев остались считанные часы.

Они уже было направились к своим летательным аппаратам, когда Рор остановился и замер. Йорт заметил, как виртуальный наушник появился на обвисшем ухе рамзурия. Тот внимательно слушал, кивал, и лицо его становилось еще более омерзительным, чем было.

Когда разговор окончился, Рор резко повернулся к сэви и просвистел:

– Планы меняются, Йорт. На Арене – будет вард.

– Очередной сопливый юнец, желающий приобрести опыт, – начал было говорить Йорт и осекся.

Ему категорически не понравилась гримаса, в которую превратилось лицо Рора. А тот презрительно скривил губы и фыркнул, выражая свое полнейшее пренебрежение:

– На Арене будет Ориан.