Пространство любви

Лудо постарался на славу: сегодня в финал выйдет не два бойца, а шестнадцать, то есть каждый одержавший победу в своем секторе. А потом они начнут бойню за право обладать призом. Чтобы получить его, соперникам разрешалось использовать только то оружие, которое было при них. По измененным правилам, допускалось физическое уничтожение противника. Это последнее замечание зрители восприняли особенно горячо, и под купол Арены взвились бешеные аплодисменты. Такое зрелище окупит все расходы распорядителя боев.

Вард предчувствовал начало, а потому еще раз убедился, что и двухклинковый кинжал надежно сидел в ножнах за спиной.

Взвыла сирена, призвавшая бойцов занять боевые стойки. Ориан презрительно хмыкнул, обнаружив себя окруженным сразу всеми противниками его сектора, вооруженными до зубов тяжелыми мечами, топорами и секирами. Понятно, что им пришлось на время стать союзниками, ибо поодиночке они бы с вардом не справились.

Скалясь и грозно бряцая оружием, пятеро сэви и трое мощных зиларцев ринулись в бой и были тут же отброшены назад одним круговым разворотом и взмахом тяжелого вардийского клеймора.

Злобно сверкая глазами и бросаясь оскорблениями, бойцы вновь напали на Ориана. Намереваясь лишить его пространства для маневров, они попытались снова зажать его в круг, однако гибкий и быстрый вард просчитывал каждое их движение, уходил от направленных в его сторону лезвий и ловко парировал удары, отчего столкнувшиеся клинки высекали искры, густыми снопами опадающими на пол. И тогда противники решились сменить тактику: они то по одному старались зацепить варда, то кидались впятером, то трое отвлекали внимание, а двое других нападали, через секунду к ним присоединялись остальные. И своей целью преследовали изматывание соперника. Но и тут промах. На теле Ориана не оставалось ни царапины, зато один из сэви получил колотую рану бедра, зиларец, замешкавшись, едва не лишился обеих конечностей. Ярость захлестнула их, когда они осознали, что вард просто играл с ними, и натиск их стал более агрессивным и подлым. Ориан недобро цыкнул, презирая победы, добытые нечестно. Ему пришлось постараться, чтобы увертываться от обманных ударов, подсечек и нападения из-за спины. Крошечные капельки пота выступили на его коже, однако горячка сражения уже сделала свое дело: Ориан рассвирепел. Лезвие его меча сверкало то в одном конце сектора, то уже в другом, соперники начинали выдыхаться и совершать ошибку за ошибкой.