Ради тебя дышу

А потом она заметила, что лорд Харлин как-то странно смотрит на неё. Проследив за его взглядом, она поняла причину столь откровенного разглядывания и запахнула плащ. Также жадно он пялился в вырез её костюма сегодня утром в библиотеке, когда она помогала ему с картами и документами. Опасливо глядя на Эдана, девушка отошла на несколько шагов назад. И опять невезение!

С чувством растущего желания обладать Черис, Эдан пожирал её глазами. И то, как она запахнула свой плащ и скрыла объект его любования – ложбинку меж холмиков её груди, выглядывавшую из-за белоснежного рюша её блузки – разбудило в нем инстинкт настоящего хищника.

Еще сегодня утром, когда он узрел её в этом бордовом костюме, так гармонировавшим с цветом её глаз, у Эдана в прямом смысле этого слова потекли слюни. Если бы он только знал, что здесь живет такое очаровательное и соблазнительное до дрожи создание, как Черис, война с Альдэрией началась бы гораздо раньше.

И каким-то немыслимым образом, она совершенно не поддавалась влиянию его чар на неё или делала вид, что не поддается.

Он знал, что Черис чувствует себя неуютно под его взором, и откуда-то находит в себе силы противостоять ему. В любом случае, у неё прекрасно получалось спорить с ним, противиться ему, раздраженно шипеть в ответ на его намеки, заставлять его изнывать от жажды, от голода и ещё черт знает от чего. Хотя, по идее, изнывать-то должна была она. И, очевидно, ей неизвестно, какую власть она имеет над ним. Однако, сегодня хочет она того или нет, он сделает то, о чем мечтал с того самого дня, как его пальцы коснулись её губ. Он поцелует её.

А Берни заинтересовалась грифоном, который опустил клюв к ледяной воде. Последовав его примеру, она подошла к стремительным струям водопада, набрала в ладонь кристально-чистую влагу и плеснула себе в лицо. Она надеялась унять жар, разгоревшийся то ли от близости лорда, то ли от его взгляда, то ли сама не знала от чего. Увлекшись своим занятием, она совсем не заметила, когда лорд Эдан очутился рядом с ней.

Тихонько вскрикнув от неожиданности, Берни обнаружила себя прижатой спиной к дереву и заключенной в крепкие объятия лорда Харлина.

– Пожалуйста, нет, – едва слышно взмолилась девушка, уперев ладони в его грудь.

– Когда дело касается такой красоты, я становлюсь глух к любым мольбам, Черис, – прошептал он у самых её губ и, будто одержимый, жадно припал к ним.

Ноги девушки ослабели от захватившего её вихря чувств, и она была вынуждена обхватить его за шею рукой.