Изгой

 – Теперь серьезно. Я могу как-то помочь со всей этой школьной ситуацией?

– Да тут ничего и не поделать, кроме как стиснуть зубы и терпеть. Когда-то же я им надоем. – Она пихает меня локтем и выдавливает из себя легкую улыбку. В основном ради меня, думаю.

Главное, что я знаю о Кейси после стольких дней вместе, это то, что она всегда ставит других людей в приоритет. Всегда заботится о чужих чувствах, а про свои забывает. Эта девчонка постоянно утешает всех вокруг – отца, сестру, меня. Черт, да даже если бы кого-нибудь из тех сучек в Святом Винсенте вызвали на ковер к настоятельнице, Кейси бы первая стала защищать своих задир и просить руководство их пощадить.

Я мог бы сказать, что такое поведение раздражает, но на самом деле оно… вдохновляет. Зажигает в моей душе крохотную надежду, что, может быть, человечество еще не совсем обречено.

Допустим, я сам был обречен уже давно. Вероятно, еще до того, как встретил Кейси, но то, как я веду себя с ней, вряд ли проложит мне дорогу в рай. Я сволочь, потому что даю ей верить, будто мы друзья.

– Попались.

Мы с Кейси вздрагиваем и поворачиваемся в сторону шелеста веток. Внутри меня все обрывается при виде Слоан.

Глава 13. Слоан

Уж лучше бы я застала свою сестру в туровом автобусе какой-нибудь рок-группы, чем шарахающейся в лесу с Фенном посреди ночи. Его репутация бабника затмила бы и рок-звезду. Уступает он, пожалуй, только Лоусону, а это такой себе комплимент.

– Объясниться не хочешь? – холодно спрашиваю я.

– Мы просто болтали, – говорит Кейси.

– Я с ним разговариваю. – Потому что он знает, чем рискует. Я ему в красках описала, что сделаю с его пахом, если узнаю, что у него дурные намерения по отношению к моей сестре.

– Ух, как время летит, – говорит он. – Как-то быстро стемнело, да?

Жопа саркастичная.

– Тебе тут быть нельзя. Если папа узнает, что ты вытаскиваешь ее из дома по ночам, ему крышу сорвет.

Возмущенная Кейси наклоняет голову, глядя на меня.

– Фенн меня никуда не вытаскивал.

– Ага. Охотно верю.

То есть не верю совершенно, а это еще одно доказательство, что он на нее плохо влияет. Фенн, может, и горяч, и юмор у него лучше, чем можно бы было ожидать, но я никогда не верила ему ни на грош. И в папином решении разрешить этим двоим гулять вместе после аварии тоже всегда сомневалась, но пришлось признать, что это улучшило ее состояние. Как бы он на нее ни влиял, это работало. Но теперь Фенн уже начал борзеть.