Русская удаль

Вот спасибо-о!.. А меня-то как напугали… Мне ж сказали, чтоб я готовила двести рублёв. А я… А где б я их взяла?

– Татьяна Яковлевна, – останавливает радостные причитания осуждённую Валерия Марковна, постукивая казанками пальцев по столу. – Мы вас на первый случай решили пока предупредить, то есть объявить выговор.

– Вот хорошо-то…

– Но, – повысила она голос до строгости, – если вы ещё раз попадетесь, мы вас оштрафуем. Поняли?

– А как же ж, че тут не понять?.. Штраф худо. Штраф совсем плохо. А выговор ничо, выговор можно… Не-ет.

Больше я Михею и на понюх не дам. Паразит, натерпелась сколя…

– Иди, баба Таня, иди, – потянул Прохор самогонщицу за курточку сзади.

– Ага, ага, пошла, – согласно трясёт та "бородой", подаваясь к двери.

Но, взявшись за дверную ручку, вдруг обернулась и, глядя на Алёшу ласково, робко спросила:

– А это, туё самогоночку мне вернуть нельзя? Нет?..

– Ты что, бабка?! – удивлённо вскликивает молодой человек и со стоном отмахивается:

– Тёть Таня, иди, иди ради Бога отсюда!

– Иду, – крестится старушка.

 – Иду. Это я так… Жалко, вот и спросила… Эх-хе. Опять пять рублёв тратить. Где дрожжи брать? Сахар куда-то подевался. Вот беда-то… – бормочет она, выходя из зала. – И што за жисть?..

***

…Неужто и мне такая старость ожидает? – возник первый вопрос у девочки.

Когда в комнату вошёл дедушка, и они поздоровались, Ангелина спросила его:

– Слушай, деда, а кто такая Татьяна Яковлевна Фофонцева?

Дед удивлённо вскинул на неё брови, чем-то они походили на брови Михея.

– Так это твоя двоюродная прабабушка.

– То есть моей прабабушки сестра родная?

– Да.

– А у нас есть её фотография?

– Должна быть. А что она тебя вдруг заинтересовала?

– Да сегодня её во сне видела.

– Да? Интересно. А точно её?

– Точно. Я в её роли всю ночь выступала на заседании антиалкогольной комиссии при сельском совете.

Дед ещё больше удивился.

– Вот как!

– Она в деревне жила?

– Да. Там и покоится.

– А что такое сельский совет?

– Ну-у, по-нынешнему – управа, мэрия.

– А, правда, что раньше были такие комиссии – антиалкогольные?

– Были. Каких только не было…

– И за самогоноварение судили?

– Судили.

– А как правильно – самогоноварение или самогонокурение?

– В старину называли винокурением. От слова – винокур, тот, кто вино курит, производит. Даже винокурни были.

– А потом стали варить, как варение, – засмеялась девочка. – И стало получаться – самогоноварение.