Размытое

– Да в том все и дело, что я понятия не имею, как он сюда попал!

– Это еще как понимать? – устало спросила я, вернувшись в комнату. Я все еще чувствовала себя как выжатый лимон.

– Они всей семьей работают в этом отеле и живут тут же, – начала объяснять Ада. Она выпрямилась на постели и подтянула правое колено к груди, делая растяжку. – Поэтому у них есть универсальный ключ. Предположу, что ему пришлось воспользоваться вашей ванной скорее всего потому, что на седьмом этаже, где находятся их номера, сейчас идет ремонт.

Утром Магда сказала, что сегодня в течении дня в некоторых номерах будут менять водопроводные трубы, из-за этого перекрыли воду на всем этаже.

Джаки вскочила с кровати, подошла ко мне и скорее повисла на мне как рыба-прилипала, чем обняла:

– Когда ты хоть успела превратиться в такую вечно брюзжащую зануду?

– Как ты хоть умудряешься каждый раз успеть надоесть мне всего за пару минут?

– У каждого свой талант.

– И как они тебе? Твои новоиспеченные братишки, – спросила молчаливая до этого Эйдан, обращаясь к Аде.

– Это двое высокомерных наглецов, мнящих себя лучшими среди других и безмерно влюбленных в себя. Один из них самодовольный, наглый и острый на язык. Ты ему слово, он тебе десять в ответ. Второй – закрытый и отстраненный, похожий на самовлюбленного сноба. Они невыносимы.

– Да уж, просто собрание лучших качеств, – заметила я, борясь с желанием пропустить эту вечеринку.

Когда Ада с Эйдан ушли к себе в номера готовиться к празднеству, я выпрямила волосы, сняла с ширмы вешалку с одеждой и нарядилась.

Затем нанесла макияж и к восьми вечера мы с Джаки поднялись на террасу, расположенную на крыше.

Терраса представляла собой сад, оснащенный электрическими гирляндами. Они подкрашивавшими ночные небеса кремово-белым сиянием, растягивая наружное пространство в длину и в ширину. Гирлянды были обернуты вокруг низковисящих ветвей деревьев, а из динамиков лились ремиксы на популярные треки.

«На серфе – голяком» – гласила надпись на его футболке, и я не смогла сдержать улыбку, невольно представив эту картину.

– Классная футболка, пупсик, – сказала я и когда он обернулся на звук моего голоса добавила: – С Днем Рождения!

Я передала ему в руки коробку, обернутую в самую яркую и ужасную подарочную бумагу, которую только смогла отыскать, а затем схватила его лицо ладонями и поцеловала прямо в губы.