Причинность. На другой берег

Вероятно, всё могло закончиться прямо сейчас: гостья встала бы со стула и в полной растерянности вышла бы из кабинета, но стена справа снова подёргивается красной рябью, хотя на обман зрения из-за темноты списать это уже нельзя. Встряхивая головой и возвращаясь в сознание, гостья поднимает взгляд от листа.

– Как вообще можно работать в таком освещении? В глазах рябит. – Сеф оборачивается на мерцающую стену.

– Ответ простой: шесть дней в году. – Сверр тушит бычок и облокачивается на стол. – Проблемы со зрением? Сложно ориентироваться в полутьме?

– Я буду думать до конца Чёрного Ноазиса, – неожиданно холодно отрезает Сеф и швыряет лист на стол.

Управляющий больше не кажется ей таким манящим: волосы у него лоснятся от жира, руки заметно трясутся, губы сухие и потрескавшиеся от постоянного курения, да и весь он какой-то угловатый и слегка сгорбившийся, несмотря на внушительный даже для уттарцев рост. С кабинета тоже спадает притягательный флёр: все поверхности скрыты под толстым слоем пыли или жирными пятнами.

Кроме того, ковры и деревянные рамы давно и безвозвратно пропитались прогорклым запахом бычков из пепельницы, который не выветрить отсюда, наверное, уже никогда. Не понимая, как она сразу не обратила внимания на все эти детали, Сефу машинально вскакивает со стула в импульсивном порыве – бежать.

– Конечно. Когда согласишься, можешь подавать заявление в алькальдию. Если и там согласны – я рассмотрю твою кандидатуру. В первый же рассвет будущего фазиса.

Сверр достаёт ещё одну сигарету из пачки, сосредоточенно чиркает спичкой и медитативно раскуривает, прикрыв глаза.

– Не сердись на Ракель, что она притащила тебя сюда. Этот кабинет долгое время стоял закрытым. Сожалею, что тебе пришлось увидеть всю эту грязь и хлам. Предпочитаю принимать не здесь, но эта официанточка меня не жалует. Хотя увольняться отказывается. Будь уверена, я предлагал ей это неоднократно.

Осторожно переминаясь с ноги на ногу и стараясь не выдать подступившего к горлу волнения вперемешку с отвращением, Сефу безуспешно отгоняет мысли о глупости поступка прийти с целью, а уйти ни с чем.

Она всё же открывает рот, чтобы спросить об утренних посетителях, но, едва заметив дёрнувшиеся уголки её губ, Сверр демонстративно разворачивается на кресле, продолжая выпускать клубы дыма в потолок. Всем своим видом показывая: разговор окончен. Сефу чувствует, как ком откатывает от горла, а сердце стучит сразу в ушах. Она усаживается обратно на стул.