Дом у лесного озера. Мистическая история любви и ненависти

Живу вдали от цивилизации, и кажется, мне это по душе. Стоило давным-давно перебраться сюда, познать уединение и спокойствие.

В голове крутится какое-то двустишие. Не могу его вслух сформулировать и вспомнить, кому оно принадлежит. Кажется, оно очень важное и если я все-таки вспомню его, то что-то произойдет. Хорошее или плохое. Не скажу точно.

Стены увешаны фотографиями, такими же старыми, как и сам дом. Они совсем выцвели, и я уже почти не различаю лица усопших и здравствующих.

По ночам здесь поскрипывают половицы и хлопают ставни, хотя я каждый вечер плотно закрываю все окна и двери.

Как бы не подхватить простуду на гуляющих сквозняках.

Практически ничего не делаю часами. Мало ем, намного больше пью. Вода в озере чистая, но я предпочитаю брать ее из колодца, что у крыльца. Мне очень нравится, как блестит вода в солнечном потоке. Она дарит положительные эмоции, и я забываю о снах и смерти.

В доме нет ни зеркал, ни остекленных шкафов, что вовсе меня не расстраивает. В этой глуши красоваться не перед кем, да мне и не хочется.

Порой я рассматриваю свое отражение в воде, окунаю пальцы в синюю прохладу и провожу ладонями по щекам. Это успокаивает меня.

Хотя случается, что я вдруг панически начинаю бояться озера, будто из его глубин вот-вот появится жуткое чудовище и растерзает меня острыми когтями. Я вглядываюсь в темные глубины, желание бежать и остаться разрывает меня. Вода манит меня, я будто слышу чей-то призыв и уже без всякого страха вступаю в озеро. Сначала по щиколотки, затем по колени и дальше, пока вода не сомкнется над моей головой.

И так хорошо, так тихо становится на моей душе, что я хочу остаться здесь навсегда.

На берегу выжимаю волосы, и пока ветер треплет их, подсушивая, бреду вдоль холмов, поросших боярышником и осинами. Трава покалывает ступни, но совсем не больно. Ищу уединения.

Дома завариваю чай с мятой и мелиссой. Зажигаю зеленые и белые свечи, для состояния гармонии. Красные мне ни к чему. Они ведь помогают воззвать к астральной душе второй половины.

Мне взывать больше не надо.

Он ушел от меня. Навсегда. Когда я обнаружила, что он покинул этот мир, то неожиданно ощутила всю безысходность и пустоту. На похоронах тупо смотрела на странный, уродливый предмет, которому я отчаянно завидовала, ведь там лежала моя любовь.

Мне постоянно казалось, что дверь распахнется, послышатся знакомые шаги и он, с неизменной охапкой белоснежных ирисов, подойдет ко мне и скажет, как он скучал эти несколько часов без меня.