Атрион. Влюблён и опасен

 – Памятуя о том, что при плохой игре нужно держать хорошую мину, я постаралась остаться в рамках спокойной невозмутимости. – Я не «собралась», а «целенаправленно шла». Туда.

Не оглядываясь, я указала пальцем себе за спину. На желанную дверь, до которой не добралась.

– Значит, предложение Олега принимать не хочешь. – Выводы папа сделал профессионально быстро. – Надеюсь, сбежать на Плутон – это единственная глупость, которая пришла тебе в голову? Или есть ещё? Как-то долго ты Жану зачёт сдавала…

Колкий взгляд вернулся к изучению моей далеко не идеальной причёски, а в голосе появились металлические нотки.

Однако развивать тему дальше отец не стал, предпочёл подождать, пока появившийся в коридоре секретарь пройдёт мимо.

– Здравствуйте, Натан Лайрович.

Поравнявшись с нами, молодой брюнет окинул наш дуэт заинтересованным взглядом. Следом за ним, негромко что-то обсуждая, появились ещё две девушки – сотрудницы отдела. Обе вежливо поприветствовали высокое начальство, причём любопытство в девичьих глазах светилось ничуть не менее явное.

Коротко кивнув им в ответ, родитель подхватил меня под руку, увлекая за собой. Ясно. Разговаривать при свидетелях он не намерен.

Пара минут быстрой ходьбы закончилась в кабинете ректора, который тот на время уступил моему отцу. И теперь продолжение нотации я выслушивала в несколько более комфортных условиях – сидя на диване. Что, впрочем, не делало обрушивающиеся на меня слова более приятными, а их смысл – позитивным.

– Что же ты творишь со своей жизнью? – Папа, заложив руки за спину, размеренно расхаживал по помещению. – Я был о тебе лучшего мнения. Разве этому я тебя учил? Разве для этого ты провела в школе столько времени? Держать удар! Находить оптимальные пути решения проблемы! Анализировать и адекватно реагировать! Лавировать! Действовать гибко! А ты? Единственная, крошечная трудность, и ты трусливо сбегаешь! Самоустраняешься! А способ, который ты выбрала для того, чтобы избавиться от нежелательного внимания к себе? Несуразней придумать трудно! Неужели не понятно, что Лисовскому совершенно безразлично, были у тебя с кем-то близкие отношения или нет?

– Так у меня их и не было! Я об этом даже не думала! А Плутон… – Не сдержавшись, я вскочила, не желая больше слушать беспочвенных обвинений.

Впрочем, тут же села обратно, потому что в стальном взгляде прочитала неодобрение моей столь бурной эмоциональной реакции.