Межзвездный мезальянс

– Где ты эту гадость взял?

– У отца, в хранилище.

Хватаюсь за голову, медленно сползая по стенке контейнера на пол.

Вот зар-р-аза!

– А включил зачем? – Смотрю на безобидный с виду предмет, от которого столько неприятностей.

– Да не включал я его! – возмущается мелкая бестолочь. – Я не дурак, такую дрянь на корабле активировать. Говорю же – уронил, а чехол раскрылся! Я сразу обратно закрыл. Думал, обойдётся и приборы корабля ничего не почувствуют.

Наивный!

– Вот что теперь делать? – Едва удерживаюсь, чтобы не отвесить ему подзатыльник.

– Выбросить? – Серые глаза смотрят с надеждой. – За борт и…

– И папа тебя точно по полной раскатает, – поражаюсь его наивности. – Ладно. Сиди и не высовывайся, а я пошла.

– Куда? – Эон принимает боевую стойку.

– Признаваться в том, чего не делала, – бросаю через плечо.

Сначала бегу по коридору бойко, но по мере приближения к месту назначения скорость моя снижается. Трудно спешить, точно зная, что сейчас тебя ждёт не самый приятный разговор.

С другой стороны, не могу же я эту бестолочь выдать с потрохами?

Хоть и злюсь на Эона, а жалею его куда больше. Не знаю уж, зачем брат вообще прихватил с собой в академию эту штуку, но я не хочу быть виновной в том, что он лишится будущего, о котором мечтает. А это однозначно произойдёт, если Тис и отец узнают о краже. Пусть уж лучше мне нотацию прочитают и накажут. Моя гордость это переживёт.

– Ты куда?

Рука охранника решительно останавливает меня на входе в рубку.

– Мне с фертом Тиссаном поговорить нужно. Срочно, – столь же твёрдо отвечаю.

Несколько секунд лансианин колеблется, но всё же заглядывает внутрь отсека. А потом выходит брат и… Дословно повторять всё, что я выслушала, не буду, потому что значения половины слов, которые он использовал, не знаю. А суть остальных, в мягком изложении, состоит в том, что только безмозглая дорада вроде меня может ухитриться протащить глос на борт, активировать и не сразу понять, что в нём вся проблема!

Объясняю.

Глос – это генератор ложных сигналов. В общем, рядом с нами никакого корабля нет и не было. Никто нас не преследовал и не преследует. Всему виной этот маленький приборчик, который своим излучением свёл с ума датчики корабля, и те из его наводок воссоздали максимально реальную картинку. Причём чем активнее мы сканировали пространство своими приборами, тем сильнее на них влиял глос и тем явственнее становилась иллюзия.