То, что меня не убивает

Страх сковывающий волю не давал ему сказать, что волю не отдаст никому, это мое! с годами эта фраза давалась тяжелее, но пока огня в душе оказалось достаточно – он вышел из машины и побежал к отцу – Это мое! Это мое! – начал кричать – они остановились – Брус привёл их в замешательство и они отстали от всех.

Было непонятно их отношение к людям которые сражались с ними в одних рядах, это была война она притупляла избирательность "свой – чужой" и они уже не различали никого " за забором".

Происходило это недолго, местные жители сдобрили их, делясь с ними последним что было дома, когда те приезжали за водой к роднику, вскоре мы с ними вовсе подружились.

Сегодня они проходились по полям и огородам, по бровкам окопов, радовались любой находке, взрослые запрещали им посещать эти места и они ходили по довольно протяженным окопам вприсед. находили всякое: патроны, ножи, сывье от ружья.Ему достался студенческий билет молодого парня, он тогда казался взрослым, но понимаю щас насколько он был молод, на фото был добрый парень, с целеустремленным взглядом и один бог знает где он сейчас и что смог бы сделать если бы не эта война.

Его глаза были обмануты лживой тенью, как и тясячи подобных ему, не ведающих, что фигура бросающая тень имеет грани и плоскости, в которых разобраться нелегко даже взглянув на неё хоть разок. Они по телевизору видели лица тех, кто оказался наедине с собой когда эта тень исчезла, они оказались плененными, голодными, обездоленными и пути к раскаянию в этой жизни у них уже не было. Это были голодные лица, полные отчаяния и страха, в этот момент человек бывает как никогда чутким, чувствительным, именно голод, которым господь приручил эго человека, обладает способностью пожирать тени лжи и являть истину, а она была не на их стороне.

Отец стал спокойней, ему была к лицу борода, которую пришлось отрастить за месяцы в ополчении, сейчас, он по настоящему чувствовал радость иметь отца.

Дерево черешни во дворе хоть и зачахло, но держалось на массивном стволе, ствол, по сути являющийся его стержнем, ничуть не согнулся и не сдался непогоде, болезням и времени. В нем была вся философия жизни человека: он может остаться без способности производить плоды, красота может покинуть его крону, ветви остаться без жизни, но ствол последнее, что сохранит принадлежность тому, кем ты когда то являлся.