Бестиарий

И что бы ты ни придумал, как бы ты ни изощрялся, я очень быстро докажу тебе, что в твоей деятельности просто нет горячо любимого тобой смысла…

– Заткнись!

Это было сказало ледяным тоном, который даже обескуражил Сашу. Кристиан смотрел на неё с едва заметной гримасой искреннего отвращения. Она кожей ощутила в ту секунду опасность своего положения. Это хлёсткое слово – первая и единственная произнесённая вслух грубость, прозвучала, как сигнал тревоги.

– Я заплачу за то, что сделал с тобой, – в полной тишине произнёс Кристиан.

 – И ты станешь тому свидетельницей. Я позволю тебе огрызаться, шипеть и вести себя, как истеричка. Можешь вновь попытаться выколоть мне глаза. Но есть то, чего я тебе не позволю. Не смей быть необъективной. Даже не пытайся говорить неправду и ошибаться. Потому что если я пойму, что ты такая же, как остальные, то избавлюсь от тебя и забуду, позаботившись о том, чтобы твоё тело никогда не нашли.

Когда небо перестало крошиться на город сединой мертвого снега, и утих свирепый, словно припадочный, ветер, машина въехала во двор многоэтажного дома на Давыдковской улице.

Им являлась одна из тех редких построек, на крышах которых стояли башни – они придавали зданию таинственный вид.

Едва Кристиан открыл машину, Саша попыталась бежать, но ослабевшие ноги её не слушались. Он заткнул ей рот рукой и заставил ковылять подле себя к подъезду. Это удавалось ей не без труда – разбитые о лед и асфальт ноги едва ворочались, выполняя свою функцию.

– Добрый вечер, Кристиан, – приветствовал Фишера охранник в будке у входа в подъезд.

– Добрый вечер, Антон Семёнович, – вежливо ответил он, запихивая свою жертву в подъезд.

Саша с силой укусила Кристиана за палец, и тот небрежно выпустил её из своих рук. Дверь в подъезд с щелчком открылась. У Саши не получилось её открыть. Кристиан за шиворот потащил её к лифту.

Она понимала, что кричать бесполезно по реакции охранника в будке.

В крохотной кабине лифта, оснащенной зеркалом, оказалось слишком светло, но эти двое не стремились смотреть друг на друга.

Девушка неподвижно стояла, сцепив пальцы рук домиком и скрестив ноги, опираясь на стену и съежившись.

– Похоже, тут никого не удивляет род твоей деятельности.

– А ты знаешь, чем я занимаюсь? – флегматично поинтересовался Кристиан.

– Мир спасаешь? – поинтересовалась Саша с сарказмом.

– На целый мир меня пока не хватает, – совершенно хладнокровно ответил он.