Его звездный свет

Достала бинокль.

Прижала окуляры к глазам. Вот так лучше.

Вот и первый, притаился за углом, из-за которого отчетливо виднелся легкий дымок.

Курит сволочь.

Где же второй?

Стараясь не двигаться, и не издавать шума, осмотрела через бинокль развалины домов, разбитые грузовики, бетонные обломки. Переключила в настойках угол обзора. И бинго!

Вот он.

Притаился в окне дома. Я из своего убежища просто так бы его не заметила.

Ублюдок.

Итак, что же делать?

Один слева, другой, сзади справа. Подумала, и поползла обратно.

Мне нужно незаметно подобраться к припаркованному у противоположной стороны грузовику.

Лучше сделать это через подвал, я видела вход, когда шла сюда.

Минут тридцать ушло, чтобы добраться через завалы до подвала, еще минут пятнадцать, чтобы спуститься вниз на этаж, и затем выбраться на поверхность.

Спрятавшись между бетонными балками, я оказалась всего лишь в метре от грузовика. Сверху мое убежище прикрывал обшарпанный карниз покосившегося балкона.

Отличное убежище, часовой со второго этажа не увидит то, что творится на первом.

Не заметит меня.

Притаившись, я пролежала еще где-то с пол часа, прислушиваясь, осматриваясь.

При этом, старалась не стучать зубами от озноба. Странно, вроде на улице еще не зима, довольно тепло. Снега нет. И даже небо чистое.

От чего же меня так трясет? И тело горит, словно в лихорадке. Ное почему-то левый бок.

Постаралась отстранится от ощущений, не отвлекаясь, наблюдать за домом.

Хорошо еще, что сегодня оставила своего грозного защитника дома.

Босс.

Мой любимый доберман.

Три года назад, я нашла его полумертвого, когда в поисках еды, лекарств и одежды, обыскивала очередные развалины. Обессиленное животное видимо уже очень давно угодило в капкан. И медленно умирало. Страдая от боли, жажды и голода.

Коих в окрестностях люди понаставили великое множество. В надежде поймать либо животное, либо человека.

Я слышала о тех, кто промышляет подобным.

Брр. Никому подобного не пожелаю.

Я осторожно приблизились к бедному животному. Попыталась освободить. Но истощенный почти мертвый пес воспринял меня как угрозу.

Зарычал, оскалился.

А стоило мне попытаться открыть капкан, чьи острые зубцы пробили насквозь лапку, зверь взвизгнул, и укусил меня. До крови.

Я отскочила, вскрикнув от боли.