Тьма архона. Искупление серия. Серия «Империя Эшхарт – 2»

Разве с такой любовью можно смотреть на собственного палача.

Она сейчас, оказавшись на волоске от смерти, открылась полностью. Сердцем и душой. Обнажила все свои чувства.

Тянусь к нему словно бабочка на пламя.

Желая достучаться до одурманенного яростью и местью разума.

Умоляла взглядом, пощади.

– Кто ты такая чтобы что— то у меня просить? – прорычал я. – Всего лишь дырка, для удовлетворения моих потребностей. – Звериный оскал отражался в ее расширенных от ужаса глазах. – Видишь, как переменчива Судьба, теперь мы поменялись местами.

Теперь я твой хозяин. Могу сделать с тобой все что угодно. Трахнуть. Задушить. Или отдать на потеху моим воинам. Ты моя, со всеми потрохами! Со всей твоей гнилой душонкой! На собственной шкуре испытаешь все, что с нами делали в той гребаной лаборатории! И начнем, прямо сейчас! – Прорычал яростно, разорвав на ней серый комбинезон. Развернул сжавшуюся от ужаса девушку от себя, впечатываясь в нее сзади полностью обнаженным телом. И огромным каменным стояком. Раздвинул бедра. Не замечая, насколько сильно она оцепенела, сжалась.

– Пожалуйста, прошу! – всхлипнула девушка. По почти белому лицу покатились слезы. Она боялась шевельнуться. Боялась спровоцировать меня на еще большую агрессию. Хотя, казалось, куда уж большую. Озверевший от похоти и ярости, я лапал ее повсюду. Яростно. Жестко. Безумно. Словно слетел с катушек. Охваченный давно терзавшей его одержимостью. Овладеть. Пометить. Присвоить. Сломать. Подчинить.

Моя. Моя. Моя.

Вопил вырвавшийся на свободу зверь. Безжалостно оставляя на ее безвольном теле синяки и засосы. Кусал. И зализывал укусы. Смаковал выступившие капельки крови. Стонал от блаженства. И так снова и снова.

Поддавшись первобытным инстинктам, зверь жестко и яростно метил свою самку.

А я как человек, категорически отрицал выбор зверя.

Предательница. Убийца его народа. Одурманившая его шлюха.

Скорее Адские Равнины на его родной планете покроются льдом, прежде чем я признаю ее своей парой.

Ярость. Гнев. Насилие. Жестокость. Месть.

Вот что она заслужила. И я, совсем рехнувшись, сделал то, на что она обрекла женщин моего народа. Моих сестер.

Совершил самую большую ошибку в своей жизни.

Вконец обезумев, припечатал ее к стене. Раздвинул ногой бедра. Приподнял, мгновенно резко насаживая на свой вздыбленный член. Разрывая, калеча нежное, но сухое влагалище. Девушка заскулила. Закричала от боли. Сжалась. Отторгая захватчика.