Русалка ждет. Стихи и проза

Мы постоянно меняемся и иногда, оглядываясь назад, с трудом узнаем себя прежних.

Как странно писать человеку в другое, литературное, измерение! У нас проходят годы и века, сменяются поколения, меняется жизнь… А там, у вас, все еще начало двадцатого века, преддверие Октябрьской революции и социализма, которые для нас закрытая страница истории. И там, на украинском хуторе, отважная и прямая, все еще живет длиннокосая девочка пятнадцати лет. Динка, по прозвищу Макака!

И мне как-то не верится, что повзрослев, ты изменилась душой.

Пусть даже ты окончила школу и курсы медицинских сестер, пусть даже вышла замуж – ты все равно в чем-то самом главном осталась прежней Динкой, отчаянной и благородной, способной сказать правду кому угодно.

«Уходят и приходят поезда…» Все новые и новые поколения юных читателей знакомятся с тобой, Динка. То маленькая вихрастая девочка, то длиннокосая девочка – подросток, – ты, словно маленькая фея, завоевываешь детские сердца простыми, каждому ребенку понятными истинами.

И вместе с юными читателями ты вновь и вновь открываешь, что такое дружба и предательство, честность и подлость, добро и зло. И, конечно, Любовь.

    2010 год.

Пират и гадалка

Морская легенда

Сказка, написанная вместе с Ириной Зауэр

Нет края у моря, и нет ожиданью границ.

Влюбленное сердце трепещет порой без причины…

Ты – просто моряк, не какой-то там сказочный принц,

Друзья называют тебя Синеглазым Мартином.

А я – просто девушка, точно такая, как все

В том маленьком городе, что возле вод океана…

И нет ничего необычного в черной косе,

И имя мое тоже очень обычное: Анна.

На празднике шумном, средь музыки и пестроты,

С тобою мы встретились, и, может быть, не случайно…

На танец меня пригласил, подарил мне цветы.

Была с тобой связана все же какая то тайна.

За танцами ночь пролетела, уже и рассвет наступил,

Ты странно ушел, позабыв попрощаться со мною…

А след на песке твой куда – то в туман уводил,

Где чайки кричали, и слышен был рокот прибоя…

Назавтра, тоскуя, на праздник отправилась вновь.

И мать удивлялась, что дома мне вдруг не сидится…

Меня ты окликнул. Я строго нахмурила бровь.

Но разве могла я всерьез на тебя рассердиться?

Опять танцевали с тобою всю ночь напролет,

Но только лишь слабый забрезжил нам проблеск утра,

Ты мне вдруг сказал, что корабль тебя в гавани ждет,

И что нам с тобою расстаться надолго пора.