Лиса. Аркан пророчества

Она потопала закоченевшими ногами. Теперь, когда стало ясно, что надеяться на понимание глупо, пришло недовольное нетерпение. Когда же этот Эргын вернется от старого шамана?

– Лиса, – повторил Эш и вздохнул, словно подслушав ее мысли. – Почему тогда Шерская Коса, а не Ишша?

Она быстро обернулась. Он принял. Признал за ней право решать. Поверил ей. Радость от этого заставила реальность немного поплыть в увлажнившихся глазах девушки. Она обняла брата и тут же была обнята в ответ.

– Потому что отец сказал, что мне нужно найти пророчество.

А оно в Шерской Косе. Я уверена.

Она шмыгнула носом и тихонько засмеялась.

– Еще и пророчество, малышка? – хмыкнул Эш. – С тобой точно не соскучишься.

Лиса вздохнула. Было тепло. И даже озябшие ноги, удобно устроившиеся на больших и мягких сапогах брата, стали согреваться. Как же хорошо, что у нее есть Эш.

– Эш, – позвала она. – А ты Янку не чувствуешь?

Лиса заметила, как напряглись руки орка. Значит, не чувствует.

– Нет, малышка. Но тебя я тоже не чувствую. А ты есть, – слова брата дарили надежду. Она словно вновь услышала слова отца сквозь плеск воды о весла.

«Верь, Лиса».

– Я верю, – прошептала она, уткнувшись в меховую оторочку полушубка Эша. – Верю и в это тоже.

– Эргын! – послышался громкий оклик Гаса. Молодой маг стоял неподалеку и отчего-то держал ручки Юмы в своих ладонях. Лиса поймала удивленный взгляд сестры и демонстративно задрала нос. Мол, да, и даже ни о чем не спрашивай.

Лиса улыбнулась. Вот и хорошо. Гас, еще не забывший, каково это жить в обыкновенной семье, нашел все, что искал в Юме, взбалмошной, но заботливой, готовой разделить все его приключения. Да что там разделить – возглавить. Лиса снова улыбнулась. «Он непременно совершит что-то прекрасное для семьи, папенька оттает и сразу же выдаст меня за героя». Слова, сказанные давным-давно Юмой, всплыли в памяти девушки. «Ну что ж, Гас, дело за малым, – подумалось ей.  – придется тебе совершить что-то прекрасное».

Лиса перевела взгляд на охотника, торопливо перебирающего ногами, то и дело проваливающимися в снег. Маленького роста, издалека он почти походил на гнома, даже коренастая фигура напоминала родичей нирры Брунгильды. Но при более близком рассмотрении отмечались и чуть раскосые глаза, почти утонувшие в широкоскулом круглощеком лице, и дубленая вымороженная, потемневшая от вечного ветра кожа.