Исключительная. Равновесие. Книга первая

«Не каждый Древний способен на это, но и позволить ему вступить ко мне на службу рискованно, что скажут другие? Что скажет отец?» – размышляла она, но почему-то ей хотелось, чтобы он был возле неё.

– Давай, подруга, соглашайся – это же прикольно! – толкнула её Сулла.

– Прикольно? Что скажут остальные? А если воины будут недовольны этому?..

– Никто не смеет оспаривать решение командира, и ты это знаешь. Так что решай – или оставляй его, или швыряй в темницу.

«В темницу! Как я могу кинуть его в темницу после того, как он меня спас? Что же делать? Как поступить?» – Маэса впервые в жизни была в смятении и не могла быстро принять решение.

– Я понимаю твои сомнения, – начал Аттион, – чужестранец в рядах Древних, такого не было ещё в истории, но я могу облегчить тебе выбор.

Маэса удивлённо уставилась на мужчину.

– Да неужели? Каким образом?

– Организуй мне соревнования.

Сулла засмеялась. – А ты смелый. Неужели думаешь обойти Древнего?

– Давай посмотрим, на что я способен, – дерзко ответил он Древней.

Такая наглость в мужчине не понравилась Сулле. – Обязательно попробуем, но, если не справишься, я прикажу тебя казнить.

– Сулла, прекрати, – недовольно заворчала Маэса. – Никто никого не будет казнить. И соревнования мы устраивать тоже не будем. Я беру тебя к себе в отряд, но ты, должен доказать свою преданность.

Аттион прижал руку к сердцу и поклонился Маэсе.

И Аттион доказал ей свою преданность, он стал её телохранителем, а со временем, амбициозный пират стал на равных с самой Маэсой, которая позволяла ему присутствовать на собраниях с офицерами, на которых он умело и смело высказывал своё мнение, тактику ведения боя, которое во многом превышало тактики всех офицеров Маэсы, тем самым, Аттион вызывал недовольство Древних к своей персоне.

Девушка всё больше удивлялась своему новому воину, он был для неё загадкой, но она поняла одно: этот мужчина точно не пират. Она размышляла неоднократно: к какой расе он мог бы относиться? Но всё было не то, ему словно ничего не подходило. Маэса неоднократно спрашивала мужчину о его мире, о семье, кто он по национальности? На что Аттион ей всегда говорил: «Я Древний». А Маэса спрашивала в ответ: «А до вступления в мои ряды?». «И до вступления я был Древним», отвечал он ей.

Шло время, общение с Аттионом стало перерастать в нечто большее, выходящее за рамки командира и воина. И Сулла это почувствовала, она поняла, что Маэса испытывает чувства к этому пирату.