Коло Жизни. Бесперечь. Том первый

Когда же он мог познать, что такое лучица и был готов вступить в соперничество за Круча, ему не дали того сделать… Впрочем, как и Дажбе, возможно потому, бесценный малецык, так тяжело пережил смерть первой плоти нашей новой лучицы.

Лико Асила досель порой жаждущее сызнова принять насыщенно-желтый цвет и с тем полностью пожрать смуглость кожи только Перший стал сказывать про Круча изменилось. Всякая досада мгновенно покинула его, кожа вновь стала смуглой, ближе к темной, подсвечиваемой золотыми переливами, на ней расправилась каждая черточка, и единожды появилось виноватое выражение.

Атеф сначала беспокойно оглядел старшего брата, потом также тревожно зыркнул в сторону молчащего Небо. Ноне весьма внимательно внемлющего словам Першего, при том, как почасту старший Рас делал, легохонько поглаживающего золотые завитки бороды у себя на груди.

– Ну, раз, мой любезный Асил, ты вновь стал спокойным, – протянул Димург, от которого однозначно не ускользнул виноватый его взгляд.

 – Тогда добавлю следующее. – Перший на миг стих, достаточно плотно воззрился в лоб брата, пробив тем взгляд не только платиновый обод, но точно и саму голову старшего Атефа насквозь, по-видимому, прощупывая его, а засим слегка сдвинув свои вздернутые кверху брови так, что переносицу избороздила тонкая извилистая морщинка, продолжил, – к двадцатилетию плоти бесицы-трясавицы осмотрят состояние лучицы, и ежели все будет благополучно приступим к соперничеству… А дотоль Круч, как и Дажба, и Стынь могут приходить к девочке, помогать, общаться, подсказывать, оберегать. Только не назойливо… не часто… Все должно быть в меру, чтобы сейчас появилась сопричастность меж лучицей и плотью, каковая бы вылилась в становление крепких связей с мозгом. После двадцатилетия вступаем в соперничество… И тут замыслы ваши, исполнение сынов. Однако, в связи с тем, что Круч еще совсем дитя, тебе Асил разрешается брать исполнение особо трудного аль волнительного на себя, чтобы не испугать малецыка и не надорвать. Стыня и Дажбу это не касается. Малецыки, как более старшие, должны поступать и творить все сами. Хотя еще раз оговорюсь… Небо! Асил! малецыки вельми хрупкие, еще совсем чада, быть всегда подле, почасту прощупывать, ежели, что-то не вышло, в том повинны вы… Малецыки сделали все правильно, ошиблись вы. Небо, Асил слышите?! – Господь особенно выделил последнее слово и оглядел закивавших братьев.