Коло Жизни. Средина. Том второй

Она на удивление весьма мягко относилась к королеве так, точно была с ней в приятельских отношениях. Что было весьма странно, поелику демоница значилась строгой ко многим иным творениям Богов, а к неким относилась и вовсе беспощадна… Почасту она их просто терпела, ради своих мальчиков… Одначе Блага, из множеств созданных Зиждителями существ, слыла любимицей Кали-Даруги и находилась на особом у нее счету. Рани во всем и всегда выделяла племя марух, и нередко пользовалась их услугами при взращивании лучиц.

– Ох, Кали, – огорченно перебил мальчик демоницу, и, подавшись к ней всем корпусом, поцеловал в оголенное плечо. – Я не сомневался в твоих словах… нет… просто.

Яробор Живко также резко стих и теперь уже распахнув руки, обнял рани Черных Каликамов, прижавшись к ее груди головой, словно ощущая, что своим недоверием мог обидеть столь дорогое ему существо.

– Да, через Благу, – многажды повышая голос, протянул Яроборка и тягостно вздохнул, плотнее прижимаясь к боку Велета.

Ноне, когда тот принял самый малый свой рост и с тем вроде стал ближе к мальчику. – Я видел и толковал с Благой. Ты только не сказывай Першему, Отцу, что я хочу увидеть Землю. Знаешь, я боюсь, что как только попаду туда, Родитель незамедлительно отправит Отца. – Мальчик также почасту после обряда стал называть Першего Отцом, однако пока только когда торопился и нервничал. – Отправит Отца… туда… куда-то далеко.

– С чего ты решил, что Родитель так сделает? – вопросил Атеф и погладил юношу по спине, ощущая его нервозное напряжение плоти, або этот свой… именно свой… не Крушеца страх он озвучивал вслух впервые.

– Я слышу же… слышу, – весьма огорченно дыхнул Яробор Живко и также резко дернул головой в бок, стараясь за выпученной вроде горы груди Бога рассмотреть его лицо. – Ты думаешь, я не понимаю, о чем вы толкуете? Да? – вже звучала неприкрытая обида, будто сомневались в его способности соображать. – Ты и Мор вы почасту говорите об отлете Отца. Почасту спрашиваете его о том и сами не желаете той разлуки.

А я и вовсе ее боюсь… Боюсь, что как только окажусь на Земле, Родитель отправит Отца куда-то далеко и мы более не увидимся.

Мальчик тотчас смолк и судорожно всхлипнув, содрогнулся всем телом. И та покатая волна дыхания исторгнутая, кажется, из самих глубин естества юноши прокатилась легкой зябью по трепещущей черной материи сакхи Бога, по его смугло-желтоватой коже подсвеченной изнутри золотым сиянием.