Новые сказки не нашего времени

Там всё выглядело как всегда: разносили завтрак, Руп помогал тем, кто не мог сам принимать пищу и что-то ласково им говорил. Молэй приказал Рупу зайти к нему после обеда и отменить на послеобеденное время все его «сеансы по расписанию».

После отбоя они шли по дорожкам парка, впервые гуляя вместе и разговаривая вне помещения клиники.

– Понимаешь, Руп, – говорил Молэй, – я связан договором. А там сказано, что в случае любых сбоев в поведении, координации и так далее, я обязуюсь немедленно сообщить в Центр роботехники.

Вот я и позвонил – тебя же сильно шатало. Да и сейчас пошатывает. Я думал, они просто помогут, ну, как бы подлечат тебя, а они сказали, что приедут за тобой. Буквально. Что будем делать? Что тебе вообще известно на этот счёт?

– Мне известно, что я третий в серии роботов по уходу – значит эта серия только начала разрабатываться. Больше мне ничего не сказали, а информация, которую в меня закачали, касается лишь моих профессиональных знаний о человеке, не о роботах.

Но я, конечно, искал в интернете. Там нет никаких профессиональных книг и статей по роботехнике, только популярные. Так что я могу ошибаться. Но что известно точно, робот не в состоянии причинить вред человеку, потому что его функционирование основано на Первом Законе.

– Да, я тоже это знаю, – кивнул Молэй. – Ну и что?

– Но это означает, что роботов нельзя применять в медицине, а я – медицинский робот.

– Понимаю, – согласился Молэй. – Любая медицинская интервенция сопряжена с риском причинить этот самый вред, а уж страдания и смерть – наши непременные спутники.

– Вот именно. Значит, при изготовлении медицинского робота они должны были или как-то изменить Первый Закон, что категорически запрещено, или поиграть Вторым и Третьим. Я не знаю, что именно они сделали. Знаю только, что сделали недостаточно. В моей серии, похоже, первые две попытки оказались неудачными. Я продержался немного дольше, до первой смерти.

– Не понимаю, – признался Молэй.

 – Смерть Дэна была естественной: у него было очень слабое сердце, и просто чудо, что он прожил так долго. Во всяком случае ты в его смерти уж совсем не виноват. Почему же такая реакция?

– Боюсь, что всё же виноват, доктор. Дэн был очень деликатным, и никогда не просил о лишнем сеансе; даже по ночам он вызывал меня реже, чем другие, хотя всегда был рад поговорить со мной и выглядел после наших «сеансов» гораздо лучше.