Весеннее признание

А то не отпущу! Пошутил… Смотри, какая метель! Как в сказке!

У парадной действительно стоял новенький голубой мопед. На руле висели два красивых шлема. С восторженным воплем Анатолий кинулся к нему.

Таня с улыбкой наблюдала за бурным проявлением его совсем ещё детской радости. Снежинки моментально повисли на её ресницах, запутались среди белых пушинок шапки, засияли на куртке.

Осмотрев мопед со всех сторон, Анатолий завёл мотор.

– Здорово пашет! Ну, пап, ты у меня молоток! Таня, садись! Поехали!..

– Только осторожнее, пожалуйста.

Не забывайте, что уже поздно. Толик, смотри внимательнее, на дорогах скользко, и из-за снега плохая видимость. Я бы советовал тебе отвезти Таню прямо домой.

– А шуба? – испугалась девушка.

– Походишь пока в куртке, уже не холодно. А шубу Толик потом тебе завезёт. Лады, сын?

– До свиданья, Владимир Анатольевич, – сказала Таня, успевшая узнать имя-отчество отца Анатолия. – Спасибо вам за всё.

– Не за что. До свиданья, Танечка, не забывай нас.

– Не забудет, не дам! – Анатолий с грубоватой лаской надел на Таню шлем.

 – Держись за меня крепко-крепко. Спокойной ночи, папа!..

… И дальше было всё, как в сказке. Они мчались среди падающего снега и сверкающих фар. Сначала Тане было немного страшно, но потом она расслабилась и полностью доверилась Анатолию. Скоро девушка заметила, что мелькание освещённых окон в высотных домах сменилось полной чернотой. Наклонившись к Анатолию, крикнула:

– Толик, где мы?

– На шоссе, – словно издалека ответил он.

 – Вокруг степь.

– А куда мы едем?

– Вперёд!

Таня счастливо вздохнула и замолкла, прижавшись к нему. Она чувствовала необыкновенный покой и огромную, неведомую ей прежде радость. Ей казалось, что это чувство появилось в ней, когда в луче света в комнату зашёл высокий человек в заснеженной кожаной куртке – отец Анатолия – и подарил им обоим, словно сказку, эти счастливые мгновения… Анатолий вёл мопед уверенно, Таня не испытывала ни малейшего страха, несмотря на большую скорость и полную темноту вокруг, не считая проносившихся редких фонарей… Ей казалось, что она могла бы всю жизнь мчаться так среди ночи и снега неведомо куда, обнимая Анатолия, и никакая сила не сможет их разлучить… Он ощущал то же самое…

Но вот впереди показалась и стала с каждой секундой приближаться гигантская ярко освещённая автострада, в которую, как ручеёк, вливалось их шоссе.

Анатолий снизил скорость и, когда до автострады оставалось метров сто, затормозил у небольшого леска.