Весеннее признание

– Голова болит, да? – Таня полезла в портфель. – Возьми таблетку.

«А ведь из её рук я бы спокойно принял и отраву, – подумал Анатолий. – Интересно, догадывается ли она об этом?..»

Догадывалась ли Таня или нет, неизвестно, но её лицо из бесстрастного и холодного стало нежным и участливым, смотрела она теперь с вниманием и теплотой.

Проглотив таблетку, Анатолий обеими руками сжал тёплую маленькую руку в колючей варежке.

– Так ты придёшь, Танечка? Придёшь, да? Я жду тебя в шесть часов.

– Надень перчатки, обморозишь руки, – строго сказала Таня.

 – И шапку надень. Я приду. Напомни адрес.

Анатолий вытащил подготовленную карточку.

– Проспект Дзержинского, десять, квартира сто восемьдесят девять, – поднеся её близко к глазам, прочитала Таня. – Хорошо. Вот только не знаю, успею ли в шесть. До вечера, Толик. Сейчас подойдёт мой автобус.

– Тогда ты должна успеть! – решительно заявил Анатолий.

Она глянула на свои часики.

– Постараюсь.

– Я провожу тебя до автобуса… чтобы ты опять не упала.

В её взгляде промелькнули смущение, благодарность и лёгкая насмешка.

– Ну, пошли.

Когда переполненный автобус отъехал, Анатолий помчался домой и лихорадочно занялся приготовлениями…

До половины шестого все дела были закончены. Анатолий надел белую сорочку, парадный костюм и подошёл к зеркалу – завязать галстук. В трюмо отразился мрачный акселерат с тёмно-серыми глазами и очень короткой стрижкой.

– Панк, – хмуро усмехнувшись, бросил своему отражению Анатолий и стал завязывать галстук со старательностью, выдававшей его недавний опыт в этом деле.

Пару раз провёл расчёской по голове, слегка надушился и вздохнул…

«Лицо детское и глаза какие-то глупые… Уши торчат. Зубы, правда, красивые, как у отца, а что толку? Не нравлюсь я ей…»

Анатолий знал, что девочки считают его самым красивым парнем в классе. Раньше это ему весьма льстило, но теперь вдруг потеряло всю привлекательность, ведь Таня не относилась к нему всерьёз…

Он сердито бросился на диван.

Тут же вскочил, стал рыться в кассетах, включил магнитофон. Квартиру наполнил страстный хриплый голос Челентано. Снова сел, заложив ногу за ногу. И тут же раздался мелодичный звонок.

Анатолий вскочил, опрокинул журнальный столик, быстро поставил его на место и кинулся открывать. По дороге бросил взгляд в зеркало. Промелькнуло нечто бледное, встрёпанное, с горящими глазами. Открывая, старался дышать глубже, чтобы успокоиться.