Архимагические сказки – 2

– Как же ты мне надоел, архимаг! – неожиданно призналась Хель, покачиваясь в теле министерского деятеля с носка на носок. – Ты и эта твоя рыжая! До-о-о-обренькие, да? Всех спасаете, любой твари на подмогу кинуться готовы. Любовь у вас… Придумали сладенькую сказочку – и тешитесь. А мир – он на страхе держится, понял?! Всё продаётся и покупается… так то. Вопрос цены. Назначь правильную цену – и друг предаст, любимая отвернётся. И ты это знаешь! И он – тоже, – кивнула она на Кощея, который даже головы не повернул в их сторону.

Стас промолчал. Он отлично понял замысел пьяной, но от этого не менее коварной колдуньи: вывести его из себя, а не получится – хотя бы уязвить. Сейчас ему, как никогда, нужен был холодный рассудок.

– А вот и врёшь! – этот звонкий голос было трудно спутать с каким-либо другим. Возле слабо копошащейся в своём углу Прухи стояла Лея. Глаза магички горели от негодования. – И если ты действительно так полагаешь… мне тебя искренне жаль!

– Ага, вот ты где! А я-то думаю, кто там в углу шуршит… Вот ты себя и выдала.

А теперь – себя пожалей! – губы Хель искривились в змеиной усмешке. – Извини, трогательного прощания не будет. Лови!!!

Колдунья выбросила слегка дрожащую руку вперёд, целясь прямо в грудь магичке. Стас приготовился… Однако в следующий момент торжествующее выражение на лице Хель сменилось недоумённым: Птица Прух, внезапно оживившись, с угрожающим клёкотом выступила вперёд и распахнула гигантские крылья, прикрывая Лею, словно птенца.

– Ты… защищаешь тех, кто тебя предал?! – изумилась колдунья.

– Не старайся. Второй раз не выйдет! – отозвалась магичка, ласково поглаживая громадную Пруху. – Мы поговорили, и она всё поняла. Даже если мы не рядом, всё равно любим её!

– Отойди! – приказала Хель наступающей на неё сказочной птице. Та помотала головой. Более того, Пруха явно готовилась атаковать…

– Тогда – получи! – Хель, давая выход скопившейся ярости, выпустила в пернатую защитницу смертоносную молнию. Два магических заряда, посланных архимагом и магичкой, озарили пещеру ровным сияющим светом…

И всё же удар, хотя и ослабленный многократно, достиг своей цели… Пруха страшно вскрикнула, перья окрасились кровью.

Хель захохотала. Лея, уже не скрываясь, кинулась к птице, обняла её за шею, зашептала сбивчиво:

– Прушенька, потерпи! Я помогу!

– А тебе кто поможет? – Хель уже снова поднимала трясущуюся руку…

– А ну, не балуй! – косматый вихрь в лапотках и домотканой рубахе сшиб её с ног.