Чистейшая 2

А теперь… перед ней находился какой-то чужой человек. Неужели все эти двадцать лет он притворялся?..

– А я как раз хотела с тобой поговорить, – как можно равнодушнее произнесла Лиз, проходя к кушетке, чтобы сложить в рюкзак грязную одежду, из которой она переоделась. В этом сыром подвале одежда очень быстро приходила в негодность.

– Неужели? – Джефф улыбался, смотря на свою дочь. Как же Лиз хотелось дать ему пощёчину, да посильнее, чтобы он, наконец, пришёл в себя. Стал её папой снова, а не этим человеком, которого она знала всего лишь неделю.

– Не очень знаю, с чего начать, – её сердце колотилось, пока она убирала одежду и закрывала рюкзак. Она бросила его под кушетку, как часто и делала.

Это новое чувство рядом с отцом Лиз попросту ненавидела. Недоверие, страх, неприязнь… «Это же твой отец! Что ты делаешь?» – кричала она себе внутренне, но вновь и вновь вспоминала о том, что она уже почти десяток дней на цепи из-за него.

И это всё ещё выглядело неправильным. Тут должен быть подвох…

– Тогда я начну, – он поднялся, возвышаясь над дочерью. Высокий статный мужчина. Лиз всегда восхищалась, как он держал свою форму, строил тело, выглядел отлично… а теперь она точно узнала, как так вышло. По той же причине и Кайл из щуплого подростка вырос в накаченного юношу. – Тебе тут удобно? Всё хорошо?

– Хорошо? – она покачала головой, стараясь говорить всё также равнодушно, не переходя в крик и злость, которые распирали её изнутри.

Джефф засмеялся, хоть Элизабет совсем не шутила. Она хотела его задеть хотя бы такой мелочью, как сарказм, но с ним это никогда не работало.

– Твоё чувство юмора на месте. Отлично.

– Точно, – огрызнулась девушка, решив всё же брать разговор в свои руки, пока она попросту не врезала мужчине перед собой. Она бы смогла это сделать, определённо.

Элизабет не интересовалась ни о чём слишком долго. Пришла пора узнавать свою историю…

– Ты родилась такой, Лиззи, – снова мягко говорил он, но его тону больше никакого доверия не было. Всю жизнь она верила каждому его слову, каждому объятию, всей информации о своём детстве и рождении… у неё не возникало ни единого повода не доверять собственному отцу, а теперь он неожиданно стал чужим человеком.