Невидимая черта

Он вошел, молча, плотно закрыв за собой дверь. Подошел к письменному столу, снял пиджак и повесил его на стул, снял кобуру, вытащил пистолет и положил его на стол. Выражение его лица показывало, что он погружен глубоко в свои мысли. Она не отрывала от него взгляд. Он наконец-то сел на стул, придвинул его к столу и посмотрел на Лолу.

– Так, – начал он, – дело не простое, тебе грозит срок до шести лет за убийство.

Она не дала ему договорить, – Подождите, нет, я не хотела ее убивать, это она хотела меня убить, у меня даже не было возможности защищаться.

Это даже нельзя квалифицировать как превышение необходимой самообороны. Это несчастный случай. А если бы она не пыталась меня убить, вообще бы ничего не было.

– Во-первых, не надо меня перебивать, во-вторых, поверь моему житейскому опыту и опыту работы в следственных органах. Доказать, что Наргиза хотела тебя убить будет не то что сложно, а просто невозможно. В-третьих, первые твои показания были ложью. Немного помолчав, он добавил, – Отсутствие свидетелей.

С одной стороны плохо, а с другой хорошо, если мы договоримся.

– В смысле?!

– Ну, ты в роде бы не дура.

– Я не собираюсь с Вами соглашаться ни на какие сделки. Я буду бороться. Она перешла на крик, – Я расскажу всем, как Вы пытаетесь сделать из меня преступницу и вовлекаете меня в преступный сговор!

– Ты что несешь, сучка! Следователь вскочил со стула.

– Я слышала про Вас от отца, что Вы еще тот аферист. Вы вымогаете деньги у людей, попавших в беду.

Преступник! Вор! Жулик! Она тоже встала.

– Заткнись, тварь! Он схватил ее за горло и со всей силы рванул к себе через стол. Она пыталась бить его по рукам, но он еще сильнее сжимал пальцы, видно помимо злобы, а ее в нем было слишком много, сыграл свою роль и градус. Она стала задыхаться. Разжать его пальцы было невозможно, тогда она попыталась бить его по лицу, но и это не помогло. Он только сильнее сжимал пальцы. Оставалось только одно, она знала, где на столе лежит пистолет и стала искать его руками.

Прогремел выстрел. Ибрагим Ахмедович замер на минутку, затем разжав руки, опустился на стул. Он был мертв. На этот раз Лола не испытывала шок, который испытала при трагедии с двоюродной сестрой и могла адекватно мыслить. Она достала из сумочки платок, протерла им оружие. Выйдя из комнаты, пошла по коридору в направлении выхода. В здании все также царила тишина, но обеденный перерыв походил к концу, и поэтому медлить было нельзя.